— Нормально, — ответил он тихо, но я услышала в его голосе стальные нотки.
Тайрон театрально поднял брови:
— Нормально? А ты не забыл кое-что важное, прежде чем приступить к трапезе? — Его голос звенел в тишине столовой. — Чтобы есть здесь, ты должен был сначала спросить разрешения. Или ты забыл, чей ты пес?
Я видела, как напрягся Джаспер, как желваки заходили на его скулах. Каждая мышца его тела натянулась, готовая к прыжку.
Тайрон наклонился ещё ближе:
— О каждом своём шаге ты должен спрашивать разрешения. Ты ничто без моего одобрения. Понял?
Секунда растянулась в вечность. Я чувствовала, как гудит воздух от напряжения. А потом Тайрон одним резким движением толкнул поднос Джаспера. Грохот разбитой посуды прорезал тишину. Суп растекся по полу, смешиваясь с осколками фарфора и остатками еды.
— Подбери это, — приказал Тайрон с жестокой усмешкой. — Ртом.
Я задохнулась от шока и отвращения. Мой взгляд метнулся к столу преподавателей — никто не двинулся с места. Они смотрели, просто смотрели, словно это было обычным представлением в их обеденное время.
Джаспер медленно поднялся, его лицо застыло маской холодной ярости. Он посмотрел на беспорядок у своих ног, затем перевёл взгляд на Тайрона. Секунда — и он отвернулся, стиснув зубы так, что я услышала их скрежет.
А потом он взорвался. Джаспер резко развернулся и бросился на Тайрона, словно распрямившаяся пружина. Я увидела всполох движения, услышала глухой удар и вскрикнула, когда из носа Джаспера брызнула кровь.
Тайрон стоял, невозмутимо вытирая руку платком. На его губе виднелась кровь — Джаспер всё же успел его задеть.
— Ты пожалеешь об этом, ничтожество, — голос Тайрона был тихим, но в нём звенела смертельная угроза.
Он едва заметно кивнул, и двое крепких парней материализовались рядом, хватая Джаспера за руки. Тайрон нанёс первый удар — прямо в солнечное сплетение. Второй — в лицо. Третий. Четвёртый.
— Нет! — я вскочила на ноги, не соображая, что делаю. — Остановитесь! Хватит!
Сильные пальцы внезапно стиснули мой затылок, дёрнули назад так резко, что я чуть не упала. Меня тащили прочь от этой сцены, от Джаспера, от людей, которые равнодушно наблюдали за избиением. Я едва успела заметить лицо Кайдена — его глаза были черны от ярости.
Глава 8. Чужая
Кайден волок меня по коридору, сжимая затылок с такой силой, словно собирался раздавить череп. Каждый шаг отдавался болью, пальцы впивались в кожу головы, заставляя слезы подступать к глазам. Но я не позволяла им пролиться. Только не перед ним.
Звуки избиения Джаспера стихали за спиной. Эхо его боли преследовало меня, напоминая, что я ничего не могла сделать.
Кайден резко свернул и дернул ручку одной из множества дверей. Темное пространство пустой аудитории распахнулось перед нами, и он буквально зашвырнул меня внутрь. Я споткнулась, едва удержав равновесие, когда за спиной раздался щелчок замка.
По позвоночнику пробежал холодок. Мы были одни. Абсолютно одни.
— Что… — начала я, но не успела закончить.
Кайден преодолел расстояние, между нами, в три шага. Его ладонь с силой впечаталась в стену рядом с моим лицом, заставив вжаться в холодный бетон. Другой рукой он грубо схватил меня за подбородок, сжимая щеки так, что губы непроизвольно приоткрылись.
— Совсем страх потеряла? — прошипел он, наклоняясь так близко, что его дыхание обжигало мою кожу. — Забыла, зачем ты здесь? Забыла, кому ты принадлежишь?
Серые глаза потемнели почти до черноты. В них клубилась ярость, от которой меня бросило в дрожь. Пальцы на моем лице сжались еще сильнее, обещая синяки.
— Я не… я не понимаю, что… — слова давались с трудом из-за его хватки.
— Заткнись, — его голос стал опасно тихим. — Ты здесь только в качестве удовлетворения моих желаний и потребностей, и уж точно у тебя нет прав перечить или кидаться на одного из НАС. За каждой твоей ошибкой и непослушанием будет следовать наказание. К которому мы приступим прямо сейчас.
Он отступил на шаг, не сводя с меня взгляда. Я замерла, загнанно дыша, наблюдая, как его длинные пальцы скользят к шее, резко ослабляя завязанный галстук.
— Руки, — сказал он, стягивая полоску темного шелка.
Я не двигалась, парализованная страхом.