Кстати говоря, судьба других путешественников до сих пор вызывала у меня определенные вопросы — прямого указания на их тотальную гибель я не нашел, однако тон письма был слишком уж мрачным.
— Эли, проверь окрестности.
Короткая разведка не выявила никаких угроз и мы уверенно двинулись вперед, наблюдая за тем, как под ногами вновь появляется дорога. На границе зон ее почти не существовало, дальше сквозь утоптанную землю начали проступать ровные желтые булыжники, спустя еще четверть часа я заметил поребрики, а потом осознал, что мы идем по самому настоящему тракту, змеей ввинчивавшемуся в нагромождение неприветливых скал.
— Оррел, — на всякий случай предупредил меня бобр, с опаской поглядывая вверх. — Щмеррть.
— Вижу, шерстяной, вижу…
Хищная птица заложила несколько широких кругов, но не решилась на атаку и скрылась за ближайшей скалой, оставив нас без присмотра. Мы тут же ускорились, втянулись в тесное извилистое ущелье, а затем совершенно неожиданно для меня оказались на пороге уютной горной долины.
Где-то над нами клубились пушистые кучерявые облака и светило яркие солнце, но открывшаяся моему взгляду локация была во власти длинных серых теней. Легкий сумрак растекался у подножия крутых скал, маскировал в своих объятиях два живописных водопада и приглушал цвет покрывавшей все вокруг травы, однако был небольшой участок местности, куда он еще не дотянулся — возле дальнего края долины располагался небольшой черный форт, к воротам которого и вел тракт. Неприятность заключалась в другом — совсем рядом с дорогой лежали сразу два скелета. Такие же зубастые и бородатые, как и обнаруженный нами на перешейке мертвец.
— Эли.
Валькирия без лишних слов поднялась в воздух, однако единственным ее достижением стало появление над крепостью небольшой иконки с лаконичным описанием.
[Заброшенная крепость.]
— Ну да, ну да…
Подходить к непонятному сооружению было страшновато, но окружающее пространство буквально дышало спокойствием и я все-таки решился на этот подвиг. Метров через пятьдесят здание обрело глубину и объем, а затем стали видны разрушения, до этого момента скрытые игрой от моего ущербного восприятия — толстые железные ворота оказались частично сорваны с петель и покорежены какой-то могучей силой, угловые башенки и зубцы парапета выглядели так, словно пережили обстрел крупной шрапнелью, а в боковой стене постройки виднелся крупный провал, сквозь который можно было без особых проблем забраться внутрь.
Пройдя еще десяток шагов, я заметил темную фигуру, спрятавшуюся в тени возле самого разлома. Замаскированный сумраком и дистанцией силуэт был человеческим, но очень высоким и худым — как будто передо мной находилась очередная мумия, лич или какой-нибудь еще мертвец.
— Белая гора несет смерть, — со вкусом процитировал я найденное у рыжебородого неудачника письмо. — Смерть, значит.
— Щмеррть.
— Эли, дай-ка разведку. Только осторожно.
Валькирия поднялась над землей, навык разведчика активировался и я увидел над загадочной фигурой характерный значок.
[Древний вампир. Ранг [легендарный]. Уровень [3000].]
Как будто ощутив чужие взгляды, вампир шевельнулся, с пугающей грацией двинулся вперед и остановился на границе света и тени, рассматривая пространство у меня над головой. Я вспомнил, что крылатая зазнайка автоматически теряет все бонусы к скрытности во время полета, шепнул черное ругательство и громким шепотом приказал ей спуститься. Эли тут же вернулась и вампир с некоторым разочарованием отступил, заняв прежнюю позицию.
— Вот сучара.
— Тфаррь.
— Я не уверена, что смогу победить его в честном бою, — призналась валькирия, благоразумно прячась у меня за спиной. — Нужна военная хитрость.
— Само собой…
То, что мы сможем прикончить одинокого кровососа, не вызывало никаких сомнений — для этого достаточно было воспользоваться читерским умением моей спутницы. Трудность заключалась в том, что я понятия не имел, сколько еще упырей зашкерилось в крепости — если там обитала толпа высокоуровневых мертвецов, то мои шансы на лихой кавалерийский наскок равнялись абсолютному нулю. С другой стороны, эпическое противостояние с древним злом давало мне возможность запустить очередной стрим — потенциально весьма интересный для рядового зрителя.
На всякий случай отступив к самому краю долины, я включил трансляцию, сделал небольшую паузу, а потом бессмысленно улыбнулся в пустоту и начал говорить, обращаясь к успевшим прибежать на огонек фанатам:
— Всем привет, народ. Извиняюсь за долгий перерыв, но дел было столько, что вы себе даже не представляете. Короче говоря, меня вновь занесло на просторы тихоокеанского кармана, где я планирую взять штурмом одну интересную крепость, охраняемую толпой древних вампиров. Сразу говорю, мероприятие это весьма сомнительное, порвать нас тут могут как Тузик грелку, но ради вас я готов рискнуть. Будем точечно выбивать охранников, а затем ворвемся внутрь и разграбим все имеющиеся ценности. Начинаем!
Выдав этот оптимистичный анонс, я бесстрашно двинулся вперед, остановился метрах в тридцати от стен цитадели, после чего разрешил спутнице подняться в воздух. Затаившийся в тени вампир тут же дернулся вперед и вновь оказался у самой границы освещенного солнцем пространства, но тут мой взгляд нашел волшебный крестик, воздух разорвала яркая желтая молния и грозный упырь отдал богу свою черную душу, превратившись в кучку наполненных прахом тряпок.
— Вот как-то так, пацаны. Акт насильственного расширения осуществлен. Хейтеркам на заметку, кстати говоря.
По другую сторону разлома возникло смутное движение, валькирия добросовестно подсветила еще одного вампира, но продолжать конфронтацию пока что не имело смысла — я отозвал спутницу, убедился в том, что следующая тварь не пытается выбраться наружу, а затем приказал бобру достать валявшийся рядом с тушкой поверженного гада камень души.
— Давай, шерстяной. Аккуратненько подползаешь, хватаешь и по тапкам.