— Если судить по художественной литературе и выводам наших аналитиков, то выброс энергии при ритуале должен быть огромен. Тогда где он, если даже ты не чувствуешь?
— Куда-то ушел. И заметь, Маш, крови тоже нет нигде, хотя рана, как мне кажется, точно напротив аорты.
— Вы правы, Андрей, — подтвердил мои выводы следователь.
— В общем, если здесь не открывали портал, куда и должна была уйти энергия, то у меня больше идей нет.
— Жаль. Я все же надеялась, что ты что-то почувствуешь и сможешь пойти по следу.
— Мария Владиславовна, неужели Андрей так умеет?
— Умеет, ты только никому ни слова.
Он кивнул с серьезным видом. Я же хотел пойти на выход, как меня что-то дернуло проверить стены. Коснулся ее у двери и двинулся вдоль стен. Я и сам не знал, что хотел найти, просто поддался наитию. Одна стена… вторая… третья… и я замер. Вернулся назад на метр и снова двинулся дальше, на этот раз не останавливаясь.
— Здесь, — я сделал шаг вправо.
— Что здесь? — нетерпеливо выпалила женщина.
— Дверь или вход.
— Стеценко! — раздался голос следователя.
От его крика я даже развернулся. Но мужчина, оказывается, говорил в коммуникатор.
— Срочно в подвал с аппаратурой для нахождения полостей в стенах.
— Тащ, подполковник, мы же там все проверили.
— Разговорчики, — в его голосе зазвучал металл.
Спустя две минуты в подвале появилось пять работников специального отдела. Я показал им место, и они начали сканировать стену, но почему-то был уверен, что те ничего не найдут. Надо отдать им должное — работали они не для галочки, но все равно их оборудование ничего не показало. Они что-то говорили своему начальнику, тот отвечал, даже Лопухина поучаствовала в разговоре. Я же все это время рассматривал участок стены, за которым (я в этом уверен), находился проход, переход или спуск куда-то еще ниже.
Что-то меня смущало в камнях, но я не мог понять, что именно. Нечто не давало мне покоя, не позволяло уйти, не разгадав его тайны. Рассматривал довольно долго, следователь даже хотел что-то узнать у меня, но Мария его остановила. И тут словно что-то щелкнуло у меня и я увидел рисунок.
Какое-то замысловатое уродливое изображение.
Подошел ближе и хотел начать действовать рукой, но в последний момент передумал. «Мое оружие побывало в том мире, значит и действовать надо им», — по-книжному рассудил я. Я упер острый коней в один из углов и начал им вести по линии. И, разумеется, что все это время пропускал через него свою энергию. Заканчивался рисунок в центре обнаруженного мной проема. Я завершил свое действие и, идя на поводу интуиции, ударил тростью в эту точку, выплеснув в оружие всю энергию.
Ноги подкосились от слабости, но сильные женские руки меня поддержали.
— Спасибо, Маш.
— А что ты хотел сдела…
Договорить она не успела, так как участок стены осыпался крошкой на землю. Я шагнул в проем. Лопухина хотела обогнать, но я отодвинул ее за спину. За проемом было темно, но у меня уже включилось ночное зрение, и я видел ведущую вниз лестницу.
— Сделайте анализ камней подвала, уверен, что ему не менее тысячи лет. Возможно, больше. Маш, не иди за мной. Не знаю почему, но мне кажется, что для тебя там будет опасно. И это не демоны.
— Надо бы снять там все, — произнес следователь.
— Точно! Я и не подумал об этом, но нужна очень хорошая камера.
— Стеценко, — в комм произнес мужчина. — Принеси спецкамеру.
Вещь была небольшая и удобно сидела в левой руке, в правую взял посох, и начал спуск.
— Мария Владиславовна, я естественно видел интервью с ним, и признаться не очень то верил. Думал, что это снято для привлечения одаренных в гильдию. Но то, что увидел своими глазами… Пусть он и моложе вас, но вы сделали правильный выбор.