— И эссенции собери, Кан, пожалуйста, — попросил я.
— Вот так надо обращаться с гостем с другой планеты, — гном ткнул в мою сторону пальцем, — уважительно и вежливо.
— А я как? — искренне удивился Дариан. — Я же так и сказал!
— Да иди ты! — снова фыркнул Кан, отправившись искать оружие и вскрывать тела.
— Эй! — подала голос Оля. — Матвей, тут что-то странное.
В голосе её была тревога, граничащая со страхом.
Я резко развернулся. Даже шаркнул по стене плечом скелетоника. Раздался жутковатый скрежет. Резкий звук заставил Олю тихо вскрикнуть, а Дариана дёрнуться в её сторону.
От этого движения поддерживаемый им огонь сорвался с ладони и погас. Коридор погрузился в кромешную тьму.
— Отлично поддержал друзей, — хмыкнул Кан.
Я слышал, как он возится в паре метров впереди.
Дариан чертыхнулся и снова зажёг белый огонёк.
— О, ножичек! — довольно воскликнул гном, воздев руку с коротким мечом.
Я, не обращая внимания на эту короткую перепалку, сделал несколько шагов в сторону, где стояла Оля и сидела на полу Таха.
— Что там?
Оля показала куда-то вбок, на центр коридора, примерно там Таха взорвала внутренний узел или какой-то важный орган твари.
У самого пола, сантиметрах в пяти над ним, прямо в воздухе плавало, слегка подрагивая, нечто.
Чёрная глянцевая субстанция размером с кулак ребёнка.
Она словно бы вибрировала или пузырилась, кипела, но не растекалась в стороны, оставаясь плотной чернильной кляксой.
— Дар, подсвети.
Дариан подошёл ближе, но замер в нескольких метрах от субстанции, заметив её.
— Что это за херь?
Субстанция, словно отреагировав на слова Дариана, вдруг замерла, затем развернулась — это было видно по перетекающим бликам света на её боку — и медленно двинулась в его сторону.
— Эй!
Дариан испуганно отступил.
Через пару секунд движение прекратилось. Может, клякса потеряла интерес, а может, ещё что-то. В целом агрессии от этой штуки я не видел. Скорее, она походила на нечто очень знакомое, но другой формы.
Чёрт! Придётся вылезать из скелетоника. В экзоскелете ни разглядеть, ни изучить поближе эту штуковину возможности не было.
На всякий случай я спросил Кана:
— Знаешь, что это?
Гном, не оборачиваясь, заворчал.
— Ну, что там ещё? Кан поищи это, поищи то. Я вам что, самый молодой?