Он медленно, будто во сне, оттолкнул Гаркилна, который и так плохо соображал, а теперь и вовсе не знал, как ему быть, и пошел к входу в трюм.
Транспортёра не было, но Капитан не обратил на это внимания. Он и так уже попрощался с ним. Но его интересовало не это…
Стена слева от входа была варварски вскрыта, на обшивке не хватало несколько панелей.
Капитан замер, уставившись в одну точку. Сзади подошел Гаркилн и посмотрел на открытый тайник. На то, что заставило Капитана замереть истуканом.
— А где оно? — удивленно спросил Гаркилн и опасливо втянул голову в плечи, опасаясь очередной порции побоев от Капитана. — Где Зерно Хаоса?
Но вместо того, чтобы бить помощника, Капитан вдруг схватился за собственные редкие волосы на голове и заорал. Он вырвал то, что оказалось под пальцами и выбросил на пол. По практически лишенному волос черепу потекли струйки крови.
— Его нет, — словно невменяемый пробормотал Капитан. — Они забрали его у нас.
Гаркилн поморгал и завалился в обморок. И это был его лучший поступок за сегодня. Потому что следующие пять минут Капитан разносил ни в чем неповинный трюм. А когда добрался в двигательный отсек и обнаружил, что с ядра реактора исчезла вся изоляция, то вернулся в трюм и уничтожил то, что еще хоть как-то можно было назвать целым.
Затем немного успокоился.
Без изоляции корабль не взлетит. Никогда. Вернуть и спаять, восстановить изоляцию — без проблем! Но создать новую изоляцию — никакого шанса. И эти местные ублюдки никогда не смогут ее сделать — Система не позволяет производить то, что мешает ей выполнять свои функции.
А значит, Капитан застрял здесь надолго. Нет! Навсегда.
Но что он точно не оставит так, это наглость грабителей. Он накажет их! Он нашлет на них…
Капитан вскочил, бросился искать что-то в обломках хлама, в той невероятной разрухе, которую он сам и учинил в трюме.
То, что нужно, он нашел быстро.
К тому времени очнулся Гаркилн, но так и остался сидеть в сторонке, наблюдая, как Капитан собирает нечто из подручный материалов.
Гора мусора, которую отобрал Капитан, постепенно обретала определенные очертания.
Гаркилн криво ухмыльнулся беззубым ртом.
Не узнать Межпространственный Маяк Точного Наведения он не мог. Капитан собирал его быстро и умело. При этом застывшее выражение лица не сулило никому ничего хорошего. То, что собирался сделать Капитан — это… кажется, это даже было запрещено негласным правилом мусорщиков. Приводить на планету Хаос могли только Проводники Хаоса. И это незыблемо, как заветы Оркана. Но Капитан и не хотел выполнять их работу. Он просто сделает кое-что в обход… как всегда, в обход! Не Хаос, а лишь его часть — только жутких тварей. И не на всю планету, а на того, кто завладел Зерном Хаоса. Незаконно, воровски, подло завладел им!
Капитан накажет его так, как не заслуживает никто из смертных, но этот вор — он заслужил! Он сдохнет! Он познает силу тварей Хаоса, и они сожрут его с потрохами!
— Адумайтеся, Капитан! Если Проводники узнают, вам никагда не стать адним из них.
— Плевать! Вор должен познать страдания! Он… он…
Капитан так и не смог придумать, как продолжить, захлебнувшись брызжущей изо рта слюной.
Гаркилн сжал голову руками, но больше ничего поделать не мог.
Капитан вынес сооруженный им Маяк из трюма и установил в нескольких метрах прямо на земле.
— Да прибудет с нами Хаос! — произнес он.
И запустил жуткого вида конструкцию.
Глава 7
Что-то грядет
Мы двигались уже несколько часов. Скорость вездеход развивал не ахти какую, но по моим прикидкам удалось преодолеть километров сорок. Я был приятно удивлен такой долгой работе батареек. Жаль, что ночью мы их практически не сможем зарядить. Что-то они накопят, но до полного заряда очень далеко. Наверное, утром, пока будем готовит завтрак и собирать временный лагерь, что-то еще натечет в источники питания, но надолго того не хватит.
А значит надо решать вопрос замены батареек. Самое простое решение — если у Кана в заначке окажется пара ящиков нужных нам источников. Не удивлюсь, если так и будет. В противном случае, буду что-то колхозить. Пара идей, которые стоило бы проверить, у меня была.
Вездеход наконец окончательно выдохся и замер.