Однако… каждый аристократ хотя бы однажды бывал в подобном доме. Здесь ублажали и взгляд, и тело отборные красавицы-эльфийки, готовые за золотую монетку исполнить все желания дорогих гостей.
Также подобные места считались очень удобными для тайных встреч, особенно когда нужно было обговорить важные вопросы без свидетелей. Именно такая встреча проходила на этот раз.
— Его Высочество наследный принц перешел уже все границы! — возмущался Лайривель Ио, министр финансов. Он был молод, ослепительно красив и очень коварен. О его коварстве ходили легенды. — Мы не можем закрыть глаза на такой позор! Мираля нужно наказать по всей строгости и лишить права наследования…
— Всё не так просто, — возразил ему Нариналь Каяйно, министр экономики. — Его Высочество пользуется особым расположением своего отца. Многие готовы закрыть на его безумную интрижку глаза. Типа, у каждого свои причуды…
— Но мы-то не должны закрывать! — не унимался Лайривель. — Это неплохой повод посадить на трон принцессу Ариссу и заодно женить на ней одного из наших сыновей, чтобы в конце концов трон перешёл ему.
— Мечтай! — усмехнулся Альван Алибер, военный министр. — Принцесса Арисса будет править самостоятельно, и только ее сын сможет полноценно взойти на трон. Да и Мираль не так уж слаб, как может показаться. За ним стоят многие из совета. К тому же я уверен, что вся эта история с рабыней создана искусственно и не просто так. Он чего-то добивается, намеренно нас провоцирует. Возможно, он просто хочет определить, кто станет за него, а кто против. Сейчас, как никогда, нужно быть осторожными и не высовываться лишний раз…
— Предлагаю избавиться от рабыни… — вставил слово Раибель из Сохвы. — Нет человека, нет проблемы…
Все дружно посмотрели на него. Посмотрели скептически, на что князь самодовольно усмехнулся.
— Я беру это на себя. Поверьте, очень скоро у вас не станет поводов обсуждать поступки Его Высочества. Он снова станет собой — глупым, скучным и апатичным принцем, из которого никогда не выйдет ничего путного…
Все дружно рассмеялись и подняли кубки.
— Выпьем же за то, чтобы смерть рабыни не была легкой! — провозгласил министр финансов.
Эльфийки захихикали вместе с важными гостями. Здесь никто не любил людей. Особенно тех людей, кто мнил себя равными великим эльвам…
Глава 52
Король и его позиция
Кабинет короля эльвов Эрмилия Великого…
— Отец! — Мираль учтиво поклонился, затворяя за собой дверь. Король оторвал взгляд от документа, которого держал в руках, и слегка нахмурился. Выглядел эльв довольно моложаво. В нём можно было заподозрить максимум старшего брата Мираля, но никак не его отца. Однако для принца это было совсем не так. Он относился к родителю с достаточным почтением, хотя и не любил пересекаться с ним лишний раз. Дело в том, что Эрмилий славился жёсткостью своего нрава и упрямством, которому мог бы позавидовать любой осёл.
Гибкостью ума он не страдал, любил вершить суд быстро и беспощадно, да и Мираля особенно не выделял, хотя принцесса Арисса неоднократно обвиняла его в том, что наследный принц ходит в любимчиках.
Мираль любимчиком не был. Являлся скорее единственным наследником, которому светил трон…
Затевая буквальный переворот со своей парой, принц прекрасно понимал, что придется столкнуться с жесточайшим сопротивлением отца.
И всё-таки он сделает это! Пойдет на всё ради того, чтобы Варвара стала его супругой. Это было похоже не наваждение, но… наваждение прекрасное, наполненное бьющим, как из фонтана, счастьем и предвкушением совершенно иной жизни.
— Мираль, проходи… — произнес Эрмилий, откидываясь на спинку стула. Жестом указал на кресло рядом и подождал, пока сын усядется в него. — Я слышал тут о тебе… странные вещи…
Не дав ему продолжить, Мираль заявил:
— Отец, это всё правда! Я действительно… люблю рабыню, но этому есть весьма особенное основание…
Король разъярился быстро и взрывоопасно. Побледнел, глаза налились кровью, губы дернулись от нервного тика, а кулаки с хрустом сжались.
— Что. Ты. Сказал??? — выдавил он из себя с огромным трудом, ведь сквозь сжатые зубы воздух проходил довольно сложно. Мираль понял, что надежды на малейшую снисходительность отца нет. Да что там! Он надеялся, что его хотя бы выслушают, а потом уже начнут поносить последними словами, но, кажется, принц снова ошибся…
Накатила боль. Такая боль, какая бывает обычно у детей, родители которых не хотят понять их чувства. Но это только послужило к тому, что наследный принц ощетинился и стал не менее жестким, чем отец.
— Это моя жизнь! — воскликнул он со злостью. — И в ней наконец-то случилось нечто исключительное, которого я никогда не отпущу! Эта женщина будет принадлежать мне!!!
— Из-за этого ты поднимаешь в королевстве смуту, намекая на освобождение людей из рабства? — процедил король, сверля сына яростным взглядом.
— Никакой смуты нет, — нервно возразил Мираль. — Но вопрос требует решения…
— Это твоя дурость требует решения! — вскричал Эрмилий, — Немедленно избавься от этой… женщины, иначе я запру тебя во дворце, а ее прилюдно казню за дерзость. Ведь она посмела окрутить моего сына…
— Не забудь при этом показать знак парности со мной на её запястье… — процедил Мираль с презрением. — А еще магией поклянись, что всегда будешь исполнять заветы предков. А предки завещали, что магическая парность нерушима и непоколебима. Кто посмеет нарушить подобный союз, да будет проклят. Не ты ли первый всегда проповедовал подобное?