— Ты? Или Лейла? Может, ещё деньгами моего мужа платить будешь?
— Не считай меня стервой! Ты не понимаешь, происходящего. Ясно? Ты счастливая. Далека от этого мира. А то, что произошло... У Лейлы не было другого выхода, как выйти за Рустама. Так было нужно.
— Мне это не интересно.
Интересно другое. Почему так настойчиво пытаются меня сплавить. Статус первой жены, хорошо.
Но ведь Лейла и так останется женой. Пусть второй. Даже если представить полный абсурд.
Я осталась с Рустамом. У нас дети. Лейла отдельно живёт. Всё равно будет хорошо жить.
Салмановы влиятельная семья. Обеспеченная. Они точно не позволят Рустаму обойтись с их дочерью так, как со мной.
Так в чём такой большой страх?
— Лейла, она... — Диля продолжает. — Твой муж опорочил её, ясно? Она может тоже за него замуж не рвалась! Но так произошло. Рустам взял на себя ответственность.
— Какой молодец.
— Да. Но если бы ты рассказала ему быстрее... Он бы отказался. От всех отрёкся. Ты не представляешь, какая жизнь бы тогда ждала Лейлу. Я просто пытаюсь защитить младшую сестру!
— И ты молодец. Все молодцы. Но это меня не касается. Выход найдёшь сама.
Мне плевать по каким причинам муж взял вторую жену. Запланировано или случайно. Он это сделал. И "опорочил" же как-то. Значит, сделал выбор.
И Диля тоже.
Если бы вдруг была какая-то случайность... Недоразумение. И, представим на секунду, что Рустама заставили.
Это всё можно было сделать по-другому. Объяснить, рассказать. Заключить фиктивный брак.
Нет. Этого не произошло. Причины там другие. Но меня не волнуют. Пусть это кодло змей друг друга кусают.
А я скоро буду свободной от них всех.
— Диля, — окликаю я бывшую подругу. — То, что ты хотела сделать... Я не забыла. Это просто так не останется. За это ты понесёшь наказание.
— Мы договорились же!
— Разве? Все условия — плата за моё временное молчание. Но вы с сестрой ответите за это. Поэтому... Ходи и оглядывайся. Когда тебя настигнет карма.
Глава 21
Рустам
— Если темп будет сохраняться, мы ожидаем выход на точку безубыточности...
Я киваю, слушая доклад. Сосредоточиться очень тяжело. Голова трещит, душит кашель.
Катюша оправилась за сутки, а меня третий день уже штырит. Отвратительное состояние.
Я почти не понимаю, что мне говорят. Слушаю, но вникнуть сложно. Яркие слайды расплываются перед глазами.
Мне сейчас можно рассказывать про полёт на Марс. Я всё равно не пойму в чём подвох.
— Хорошо. Это всё, — обвожу взглядом документы, презентацию, — мне продублировать в печатном виде. На сегодня закончим. Спасибо всем.
Я первым ухожу из конференц-зала. Если кто-то и удивлён моим поведением, то не показывает этого.