Я обещаю, что вернусь скоро. Но не знаю — смогу ли.
Выхода нет. Но я отчаянно пытаюсь его найти.
Я выхожу на улицу. Вытираю слёзы. Опускаюсь на лавочку на остановке.
Мне нужно ехать. Что-то делать. Но я двигаться не могу. Всё тело болит.
Мой телефон начинает звонить. Я не глядя сбрасываю. Не могу ни с кем говорить.
Ничего вообще не могу.
Телефон снова разрывается. Рустам звонит. Ублюдок! Как чувствует, что мне плохо.
Я сбрасываю. Снова и снова. Ненавижу! Хочу проорать это в лицо мужу. На очередном звонке не выдерживаю.
— Иди к чёрту, — рычу я сдавленно.
— Выезд у меня по двойному тарифу, — звучит мужской голос. Не Рустам. — У тебя всё хорошо, Кать?
— Ой. Тигран? Прости. Прости, я...
— Эй, ты плачешь? Что случилось? Алиев тебя обидел?
— Нет. Да. Не знаю. Я... Боже. Просто подай в суд. Без всего. Я не могу... Не могу быть его женой больше. Он же...
Я говорю невнятно. Не могу закончить предложение. Накрывает новым приступом слёз.
Стараюсь сделать глубокий вдох. Тигран не обязан выслушивать мою истерику. Я должна объяснить всё спокойно.
— Тише, — просит он без злости. — Что случилось?
— Мне сказали, — с шумом втягиваю воздух, — что я не беременна. Точнее. Неправильно беременна. Плод не сохранить.
— Мне очень жаль, Кать.
— Да. Мне тоже. Только это не изменит ничего.
— Тебе нужна какая-то помощь? Я могу прислать водителя. Отвезёт тебя к кому-то. К подруге, может?
— Моя подруга...
Я хмыкаю. Проглатываю оскорбления в сторону Дили. Это всё уже неважно.
Я делаю глубокие вдохи. Пытаюсь прийти в себя. Собрать себя по кусочкам.
Сознание ещё в тумане. Врач убил меня диагнозом. Так сложно соображать. Но я пытаюсь.
Смотрю на время. Уже вечер. Больницы скоро закрываются. На приём не попасть.
— Тигран, а у тебя есть знакомые в клиниках? — я спрашиваю с надеждой. — Чтобы можно было обследоваться сейчас?
— Возможно, — мужчина задумывается. — Да, есть хороший врач в частной. Хочешь подтвердить диагноз?
— Да. Второе мнение не помешает.
Я знаю Зою Владимировну много лет. Она всегда была моим гинекологом.
Но...