Мой любимый, родной муж. Который убеждал меня, что никогда не будет придерживаться этих традиций. Клялся мне!
Я ведь поначалу отказывала Рустаму в свиданиях. Знала и слухи, и примеры, когда восточные мужчины вели себя не лучшим образом.
Но Рустам убеждал меня, что он не такой. Многие традиции он считал устаревшими, в том числе — право взять себе вторую жену.
А после меня молнией бьёт!
Семья Салмановых...
Это фамилия моей лучшей подруги. И теперь понимаю, где видела эту девушку, новую жену Рустама.
Она сестра Дили! И подруга всё знала. Поэтому просила подождать, не сообщать мужу сразу. Боялась, что свадьба сорвётся?
На глаза наворачиваются новые слёзы.
Предательство мужа это больно.
Но боль усиливается, потому что меня предали все.
Родители Рустама, которые всегда повторяли, что я для них как дочь.
Подруга, которая всегда поддерживала и вместе со мной переживала, что я не могу забеременеть.
И муж.
Любящий муж, который теперь оказался холодным чужаком.
Но вместо жалости к себе зарождается злость. Она наполняет каждую клеточку, вибрирует внутри. Искрит, поджигает порох.
И я взрываюсь.
— Ты, кажется, забываешь, что у нас тут другие законы! — кричу. — Ты не можешь просто взять себе жену. Многожёнство у нас запрещено.
— Могу и развестись, — безразличие на лице мужа убивает. — У тебя два варианта, Кать. Ты либо принимаешь всё и остаёшься моей официальной женой.
— Либо?!
— Либо мы разводимся. Ты продолжаешь жить со мной, но статуса у тебя больше нет.
— Есть ещё третий вариант.
Меня трясёт. Колотит так, что я едва могу стоять на ногах. Но гордо вскидываю голову, смело смотрю на мужа.
Я не его тихая Лейла, которая молча сидит сжавшись. Я молчать не буду. И тем более не стану подчиняться этим диким правилам.
— Третий вариант, — повторяю, обретая силу. — Я с тобой разведусь и просто уйду. Я не собираюсь терпеть такое унижение!
— Уйдёшь? Куда? — муж хмыкает. — У тебя ничего нет. Всё имущество куплено до брака. Ты останешься без копейки, я об этом позабочусь. Поэтому, Кать, будь хорошей женой и иди в спальню.
— В спальню? — переспрашиваю хрипло.
— Ты ведь знаешь, какие ещё есть традиции? Я не должен обделять жён ни в чём. Одинаково уделять внимание каждой. И раз с Лейлой я уже был, то теперь твоя очередь.
— Что?
Я машу головой. Хочу выбросить из памяти сказанное. Но каждое слово крючком цепляется за разум.
Мало того что Рустам открыто признался в измене. Так теперь хочет, чтобы я с ним спала?