В итоге настигает дикая злость. Желание удушить эту женщину. Волосы ей вырвать за то, что она хотела сделать.
Врачиха не может остаться безнаказанной! Она чуть не сломала мою жизнь. Не убила моих детей.
Из-за каких-то денег.
Нельзя это так оставлять.
— Кать, всё нормально? — уточняет Ангелина. — Кого ты увидела?
— Мою старую знакомую. Я сейчас вернусь.
Я поднимаюсь из-за стола. Направляюсь прямиком к Зое Владимировне.
Мы в публичном месте. Врачиха ничего мне не сделает. Поэтому я чувствую себя уверенно.
Я смогла с Дилей разобраться. И блефовать, и поставить бывшую лучшую подругу на место. Сейчас я тоже справлюсь.
— Вы... — она начинает возмущаться, когда я усаживаюсь за столик. Осекается. — Катюша?
— Екатерина Тимуровна, — поправляю я её.
— Ты... Вы чего-то хотели?
— Поговорить. Обсудить мой диагноз, например. Моему мужу очень интересно, что там было.
Есть во мне кровожадное удовольствие от того, как дёргается женщина. Говорю же. Беременность делает меня злой.
С желанием разорвать всех, кто пытался навредить моим детям.
Ну нельзя беременную мамочку нервировать.
Опасно.
Я вру про Рустама, конечно. Не буду ему рассказывать ничего. Но ведь Зоя Владимировна этого не знает.
Я видела, что она опасается моего мужа. Справедливо боится. Вот пусть теперь думает, какие могут быть последствия.
— А особенно интересно моему новому врачу интересно, — продолжаю я. — Внематочную таблетками не лечат, аборт не назначают. Как же так получилось?
— Катюша... Екатерина Тимуровна, — исправляется врач. — Я не понимаю, о чём вы говорите.
— Уверена, когда я всем расскажу. То вы сразу вспомните.
— Ну, это если вы сможете найти записи... А их, я уверяю, нет.
Зоя Владимировна ухмыляется. Теряет маску добродушного врача. А ведь я ей верила. Столько лет у неё лечилась.
Женщина вздёргивает бровь. Пытается смотреть на меня победно. Но её глазки бегают. Она нервничает.
— Знаете в чём проблема, — я наигранно улыбаюсь. — Мне не нужны записи. Для суда — может быть. А вот для мужа... Хватит пару слов. И команды "фас".
— Я не думаю, что...
— Не думайте. Просто слушайте. Я не хочу вас больше видеть, никогда.
— Но ты сама...
— Сама подошла. В следующий раз вы видите меня — и сразу уходите. Меня привозят в больницу, а вы держитесь от меня как можно дальше. Даже если вы последний врач на планете. И уж точно вычёркиваете из своего мозга любые идеи как выполнить заказ Салмановых. Вряд ли вам хочется видеть Алиева в гневе.