— Ты у меня что-то требуешь?
Я разворачиваюсь к девушке. Стараюсь держать себя в руках. Гнев забивает вены. Бьёт по голове. Я с трудом хватаюсь за остатки сознания.
— Я прошу, — мягко отвечает Лейла. — Ты мой муж. Я разве сделала что-то не так? Разве проявляла своенравие? Ты уходишь. А ведь я имею такие же права, как и первая жена. Столько же ночей...
— Отлично, — я киваю. — Будет тебе столько же. Я не провожу ночей с ней. Не буду с тобой. Справедливо?
— Что?
Лейла распахивает свои глаза. Хлопает длинными ресницами. Дико похожа на куклу сейчас. Со смуглой кожей и пухлыми губами.
Я понимаю, что обижаю девчонку. Но я не в состоянии соблюдать какие-то рамки приличий. Просил же не трогать меня.
— Хочешь по правилам? — напираю я. — Так вот, Лейла. Считай это наказанием за своенравие. Ты подслушала мой разговор, а после пересказала его Диле.
— Я не думала, что это секрет. Прости, я исправлюсь! Я буду думать лучше в следующий раз. То есть, следующего раза не будет. Прости.
— Хорошо.
— Ты останешься?
— Нет.
— Рустам! Ты же... Все ждут от нас новостей о беременности, но ты так и не...
— Пусть задают вопросы, если их что-то волнует. Лейла, будь послушной женой, как и обещала. Мне сейчас не до разговоров.
Девушка отступает. Обиженно поджимает губы, отворачивается. Я выхожу из квартиры. Наконец.
Падаю за руль. Но понимаю, что не в состоянии вести машину. Попаду в аварию ещё до того, как выеду с парковки.
Поэтому я вызываю себе такси. Называю адрес. Я умудряюсь задремать. Вижу чудесный сон.
Кошмар, на самом деле. Моё личное наказание.
Там всё хорошо. Идеально. Катюша улыбается, тянет ко мне руки. Её глаза блестят от любви ко мне.
Я пытаюсь обнять её, но не получается. Мешает её круглый выступающий живот.
Я прижимаю ладонь. Чувствую короткие толчки. Пинается. Там мой ребёнок и он пинается!
— Эй, — смеётся она. — Легче, Алиев. Эй!
— Эй!
Я резко открываю глаза. Таксист недовольно ворчит. Мы уже приехали. Я расплачиваюсь за услуги.
Выбираюсь, сжимаю в кармане пальто ключ-карту. Захожу в здание. Лифт везёт на нужный этаж.
Цифры мелькают на табло. Отсчитываю их про себя. Предвкушаю, что проведу эту ночь хорошо.
Интересно, Катя будет сильно ругаться? Или простит за вторжение?
Открываю дверь, ступаю в темноту. По памяти направляюсь в сторону спальни. Я сшибаю пару тумбочек. Кажется, что-то разбиваю.
Плевать. Я завтра с этим разберусь.
Я на ходу стягиваю обувь. Избавляюсь от рубашки.