— Нет, мне такое нельзя, я ведь дочку кормлю, — улыбнулась я. — Ну а насчёт жизни да, ты прав. Всё потихоньку налаживается.
— И как же ты смогла простить его похождения? — язвительно спросил Вася.
Я совсем не узнавала друга… Он стал каким-то… чёрствым что-ли.
Куда пропали его добрые глаза и беззаботная улыбка?
Да и голос его стал более грубым и отталкивающим…
— Ну во первых — мы с Владом не вместе, если ты об этом. У нас просто общий ребёнок и хорошие отношения. Ну а во вторых — это не твоё дело, уж прости.
— Не моё дело, как же, — снова усмехнулся друг и сделал очередной глоток из фляжки.
— Я тебя чем-то обидела? — спросила напрямую я. — Почему ты со мной так разговариваешь?
— Лиза, почему ты выбрала его? — посмотрел он мне в глаза стеклянным взглядом. — Он изменил тебе, унизил, в грязь втоптал. Но ты всё равно выбрала его, а не меня. Несмотря на то, сколько хорошего я для тебя сделал.
— За хорошее спасибо конечно. Но мне кажется, тебе лучше уйти… — осторожно, пытаясь не обидеть друга, сказала я.
— А я никуда не уйду, — нагло сказал Вася и прислонился к спинке стула.
— Ну что мне тебя силком выталкивать? Ты пьян. Иди домой, проспись. Завтра поговорим.
— Мы поговорим сегодня, — повысил голос друг и стукнул по столу так, что один из фужеров упал на бок.
А мне вдруг стало страшно…
Ещё никогда я не видела Васю таким злым. Да и в целом мне всегда казалось, что злиться он не умеет. Уж больно добродушным он всегда был…
А тут — его словно подменили. Будто передо мной совершенно другой человек.
Как же мне его домой выпроводить теперь?
Ещё и телефон, как назло, в комнате остался. Надо сбегать за ним и набрать Влада. Наверняка он ещё далеко не уехал и поможет мне.
Я встала со стула и направилась в комнату, но Вася схватил меня за руку и потянул к себе.
— Мы не договорили, — сказал он, продолжая сильно сжимать мою руку.
— Ты что делаешь? Мне же больно!
— Сейчас будет приятно!
Вася навалился на меня всем своим телом, а у меня затряслись ноги от страха…
Со всей силы я попыталась оттолкнуть друга, но из-за этого он разозлился ещё сильнее.
— Что ты делаешь, убери руки свои! — снова и снова пыталась я вырваться из лап разъярённого мужчины.
— Теперь то ты точно станешь моей!
Друг стал пытаться снять с меня халат, а у меня потекли слёзы от безысходности. Ведь я не справлюсь с ним, как бы ни пыталась…
Меня словно парализовало, даже дышать почти перестала. Головой понимала, что надо его посильнее оттолкнуть от себя, и вмазать пощечину со всей дури. Но боялась…
Вдруг я разозлю его, и он вообще меня прибьёт?
А у меня дочка одна дома останется…