А вдруг с ней что-то будет не так?
С каждой мыслью моя паника нарастала всё больше и больше. Из глаз потекли слёзы, а руки начали трястись от страха.
Влад осторожно усадил меня на заднее сидение и потянулся за ремнём безопасности, но я нервно шлёпнула его по рукам, — Не надо! Поехали быстрее!
Мне было так больно, как никогда раньше. Но ещё больше — страшно за мою малышку. Ведь у меня сейчас только восьмой месяц!
— Мне ещё рано рожать, — сквозь слёзы произнесла я, когда мы на всех порах мчались по пустующей дороге.
К счастью время близилось к ночи, и на дорогах было свободно.
— Всё будет хорошо, — сказал Влад. — Потерпи, мы скоро приедем.
Легко ему сказать — потерпи. Ведь это не его тело корчится от невыносимой боли!
Благодаря навигатору Влад быстро нашёл ближайший роддом, и уже через десять минут мы были на месте.
Бывший жених помог мне выйти из автомобиля и проводил до роддома.
— Есть кто?! — громко спросил он и затарабанил по запертой двери. — Тут девушка рожает!
К нам сразу вышла женщина в белом халате и открыла дверь, впуская нас внутрь.
— Чего так орать? Все спят уже! — пробубнила себе под нос женщина. — Проходите. Давайте документы.
Мы с Владом переглянулись, и он понял, что документов у меня нет.
— Они остались в ресторане… — сквозь боль выдавила я из себя.
Влад кивнул и пулей вылетел из приёмного отделения, чтобы вернуться за моими документами.
Хорошо, что я перестраховалась и взяла с собой на свадьбу обменную карту беременной — как чувствовала, что может произойти непредвиденное. Ведь ресторан для свадьбы был далеко от города, и я понимала, что вернуться домой за документами, в случае чего, у меня не получится.
— Проходите на кушетку, сейчас акушерка вас осмотрит, — сказала доктор и открыла журнал, куда записывались данные о поступивших пациентах. — Как говорите ваше имя?
— Лисицына… — сказала я, когда очередная схватка немного утихла. — Елизавета Андреевна.
Пока женщина в белом халате записывала данные, в кабинет зашла молодая девушка — по всей видимости акушерка.
— Здравствуйте, — произнесла она и подошла ко мне для осмотра. — Какой у вас срок?
— Тридцать шесть-тридцать семь недель, — ответила я, сморщившись от боли, когда акушерка стала ощупывать мой живот. — У меня воды отошли минут пятнадцать назад.
— Поняла, — сказала она. — Проходите на кресло, сейчас посмотрим.
Я с трудом забралась на кресло, пока доктор надевала медицинские перчатки.
— А теперь расслабьтесь, — произнесла она и начала осмотр.
Девушка с серьезным лицом стала ощупывать меня изнутри, а затем сняла перчатки и бросила их в урну.
— Вставайте, — сказала она, а затем обратилась к женщине, которая всё это время ждала результатов осмотра, чтобы записать их в журнал. — Раскрытие четыре пальца, стремительные роды. Срочно в родовое!
— Но у неё нет документов! Её муж уехал за ними, — развела руками женщина в приёмном.
— Некогда ждать, потом запишешь всё, — сказала акушерка и помогла мне встать с кресла.
Девушка повела меня к лифту и нажала кнопку второго этажа. В роддоме было очень тихо — по всей видимости сегодня была спокойная ночь, и я — единственная роженица на данный момент.