Рыжий, со щербинкой в зубах… Круглое крестьянское лицо, серые глаза, чуть оттопыренные уши. Среднего росточка, худой… и чрезвычайно подвижный. Все тот же венный помощник Андрюшка… Хотя, нет — повзрослел, вытянулся. Вон и усики уже пробиваются!
— А я, Иван Павлович, администратором здесь. Старшим! — привстав, с гордостью сообщил парнишка. — Как гостиницу-то национализировали, тетушка Аграфена к дальней родне подалась в Вятку. Остальные все разбежались, из старого персонала я один и остался. Вот, товарищ Гладилин мне и предложил — администратором. А что? Дело я знаю — сызмальства при трактире, в половых. У нас тут, окромя санаторных и обычные номера имеются. Вы Иван Палыч с Анной Львовной вечерком заходите на чай!
— Всенепременно, Андрей, всенепременно!
Доктор с любопытством осматривал «рецепшн». Все та же стойка, только за ней, не полки с бутылками, как раньше, а красочные плакаты Агитпропа… А вот музыкальный автомат — то же самый, старинный, с большими дырчатыми дисками.
Иван Палыч заулыбался:
— «На сопках Маньчжурии» играет еще?
— Да сломано все, — махнул рукой Андрей. — А чинить нету смысла. Радио хотим поставить! И в каждый номер — по репродуктору! Представляете?
— Красота! Слушай, Андрей… А где тут можно женскую шляпку купить? Ну, супруге…
— Так рядом, в лабазе!
— Который недавно ограбили?
— Ну, шляпки-то, чай, не унесли!
Хозяин лабаза Парфен Акимыч уже с порога встретил доктор жалобами:
— Ах, дорогой товарищ! Вот же жисть! Третьего дня обворовали, ограбили… Вчера вот, опять! Господи, Иисусе Христе! И следователь-то не едет никак… Хотя, обещан. Как думайте, найдут воров-то?
— Найдут… На то и милиция! Впрочем, у вас тут, кажется, дело-то политическое!
— Политическое⁈
— Ну да! Парфен Акимыч, шляпок женских нет ли?
— Шляпки? Да всякие! Посейчас, принесу…
Лабазник удалился в подсобку, а в дверь вдруг вошла женщина, неприметная, небольшого росточка, в серенькой длинной юбке и темном платке. В котомочке за ее спиной что-то позвякивало.
— Здравствуйте… Не знаете, бутылки сегодня берут?
— Бутылки? Не знаю, — рассеянно отозвался Иван Павлович. — А вон продавец…
— Вот вам и шляпки! Выбирайте.
Поставив на прилавок несколько шляпных коробок, лабазник глянул на женщину.
— Здравствуйте, Парфен Акимыч, — заискивающе заулыбалась та. — Бутылочки нынче примете?
— Здравствуй, Аграфена… Да уж, что с той делать — давай!
Кивнув, посетительница выставила на прилавок вытащенные из котомки бутылки — белые и светло-зеленые.
Щелкнув по каждой бутылке ногтем, лабазник довольно кивнул:
— По пять копеек приму…
— Уж давайте…
— Что бычка-то не надумали еще продавать?
Услыхав про бычка, доктор насторожился…