— Что? — Однако руку дала. Удивлённо отметила, как новая знакомая слушает её пульс. — Ты медик?
— Не-а. Но чувствую, что ты в порядке. Слава богу… Мы успели испугаться, честно говоря. Твои новые местные родственники тоже, сказать по правде. Такую суматоху подняли… Но давай пообщаемся, пока наши там не начали бегать кругами. — Она повела рукой, и в воздухе медленно сконденсировалось что-то густо-чёрное, при этом отчасти прозрачное, как чёрный обсидиан. И, помедлив, обрело форму трёх лёгоньких, почти воздушных скамеечек. — Давайте присядем, в ногах правды нет.
— Что это? — вздохнула Лара в изумлении, касаясь пальцами странного материала. Холодный и гладкий на ощупь, как стекло.
— Стеклоуглерод. Неважно. Какое-то время простоит, нам хватит. Потом развеется. Неустойчивое соединение, если делать его так, на скорую руку.
— Стеклоуглерод? — охнула рыжеволосая. — Серьёзно?! — Блондинка кивнула. — Н-но… Ка-ак?!
— Давай чуть позже объясню, мы тут всё-таки ради общения с новой знакомой. Вот, — белокурая села, машинально оправила подол и развела руками, — меня зовут Агата. Кристальная Агата.
— Королева Высокогорья?
— Да, я замужем за королём. Обручилась с ним, когда он ещё не был наследным принцем. Ну, то есть его положение наследного принца находилось под вопросом. А потом сложилось как сложилось. Там, на родине, я жила в Луге. А это Вевея, теперь она моя невестка, жена брата моего мужа.
Рыженькая кивнула.
— Я из Казани, — сказала она. — Если тебе это что-нибудь говорит.
— Конечно, говорит, — вымолвила Лара плохо повинующимися губами. Надо же, оказывается, вот такая внезапная встреча с соотечественницами в чужом, магическом мире трогает. Прямо до глубины души цепляет. — Я сама из Волгограда. Точнее из Орловки. Была.
Агата вдруг потянулась к ней, как ко вновь приобретённой знакомой, обняла за плечи, позволила прижаться к себе, прошлась ладонью по локотку. И этот жест воспринимался так прочувствованно, что молодая женщина едва не расплакалась. Она так соскучилась по чисто человеческому участию к ней лично… К возможности совершенно ничего не скрывать…
— Ну, рассказывай, — прошептала королева драков, мягко поглаживая свою бывшую соотечественницу. — Что стряслось? — И терпеливо выслушала всю историю Лары с момента, как она вытолкала в окошко опрокинувшегося автобуса пострадавшую девочку и до момента побега из замка Аптеры. — И что же ты делала дальше?
— Да занялась акушерской практикой. Оказалось, таким образом вполне можно себя прокормить, и даже больше.
— Ты врач?
— Нет-нет, просто акушерка. Но мне хватает моих знаний.
— И магических возможностей, верно? — Агата чуть отодвинулась и посмотрела на собеседницу проницательно.
— Да, и их. — Лара грустно кивнула головой, словно признавалась в тяжком грехе. Но лишь получила в ответ два одобряющих взгляда.
— Ты молодец! Как продвигается изучение теории? Или ты самостоятельно учишься, на деле? — Королева разомкнула объятия, но зато перехватила руку собеседницы и слегка стиснула её пальцы, чтоб обозначить поддержку.
— Сама, я просто начала видеть человеческое тело и воспринимать то, что происходит в нём. И это отлично сошлось с тем, что я изучала в техникуме.
— Исключительно сама?
— Ну… — Девушка снова смутилась. Задумалась, как описать то, что произошло с нею.
— Ты ведь наделена более значимой силой, чем рядовой маг, — подала голос Вевея. — Я не могу понять её природы, пока ты сама мне не позволишь этого, но чувствую, что она есть.
— Я́ не позволю?
— Мы с Агатой — предстательницы Древ, мы можем многое сверх возможного для обычных чародеев. Но не способны, скажем так, шагнуть на территорию могущественного сознания, равного любому из Древ по власти и значимости. Ты — тоже предстательница?
— Я… не знаю, как это можно назвать… Я… наверное, да. Мы общаемся.
— Расскажешь? Он позволяет?
— Наверное. Не запрещал.
— Очень хорошо. Кто он? — напористо спросила Агата.
— Это Родник.