Читать книгу «Федька Волчок» онлайн.
Встал, прошел к окну.
— У Ядринцева вычитал? — дед подошел ко мне, схватил за плечи, развернул и посмотрел мне в лицо.
— У него, — ответил, сбрасывая с плеч его цепкие пальцы. — Джа-лама. Единственный, кто дорогу указать может. Но вот найти его вряд ли получится.
— Даже искать не буду. Что этот узкоглазый может знать? — ответил дед и я невольно поморщился от его гордыни.
Этика у деда была очень своеобразной. Какое ему может быть Беловодье, с такими-то принципами? Почему-то стало обидно, у меня в моей прошлой жизни было много друзей разных национальностей: корейцы, китайцы, монголы, и это слово «узкоглазый» покоробило. Но дед, не замечая моего состояния, продолжал говорить:
— Этот твой Джа-лама Ядринцева в заблуждение ввел, тот уши и развесил. Вроде вот человек умный Ядринцев, земля ему пухом, а доверчивый был, как дитё малое. Вон и Боголюбские как ему в доверие втерлись? Александра с братцем своим. Все дразнила его, обманывала. Довела до того, что руки на себя наложил. Это ж грех-то какой страшный! — он поднял руку и перекрестился двумя перстами. — Здесь надо искать, у старых людей спрашивать. Ты вон золотой охры принес — тоже из старой выработки. Там где-то ход. Завтра найти надо, костьми лягу, а найду!.. Я всю жизнь живу этой мечтой, хочу хоть краем глаза увидеть Беловодье.
Скрипнула дверь. В контору заглянул Анисим.
— Сервировать на стол? Или подождать прикажете? — спросил он.
— Накрывай. Проголодался, — распорядился Рукавишников, собирая отчеты в стопку. — А ты куда Федор? Есть не будешь что ли?
Я остановился у двери.
— Собаку покормить надо, — сказал не оборачиваясь.
На самом деле мне хотелось побыть одному, подумать.
Взяв у Анисима кусок вяленого мяса, хлеб и кликнул Волчка.
Место, где у трупа стояли люди, обошел стороной. Я видел и Зверева, и следователя Курилова, за которым Дмитрий Иванович ездил в Барнаул, но подходить не стал. Прошел вдоль ручья до того места, где видел черную березу. Сел на камень, достал хлеб, мясо. Мясо скормил Волчку, слишком уж он смотрел на меня безразлично, отворачивался, всем своим видом показывая, что мяса он точно не хочет.
Я рассмеялся, погладил его, протянул кусок.
— Хочешь ведь, — сказал тихо. — Бери. Хотя уважаю, нрав у тебя достойный.
Гладил Волчка и смотрел на черную березу.
Не знаю, чего я ждал? Наверное, что та девчонка появится еще раз. Кажется, я ее видел во сне. Мрия. Только снилась она мне взрослой женщиной.
Мрия… Мроя, если на белорусском. По русски это что-то среднее между мечтой, грезой и видением.
Беловодье тоже по сути мечта, всех русских крестьян, которые очень хотели найти эту страну. Праведную, согласно их представлениям. Верили, что в Беловодье живут такие же обычные люди, не ангелы, не святые. Может, чуть-чуть добрее, чуть-чуть праведнее обычного человека. Главное — они справедливые и в Беловодье нет начальников, нет богатых и бедных. В этой стране все трудятся сообща, и решения тоже принимают сообща.
Наивная старая сказка внезапно начала обретать другие черты, обрастать материальными подтвержениями. Она с каждым днем становится все реальнее и реальнее.
А девочка еще появится, почему-то был в этом уверен.
Медальон на груди нагрелся. Я обернулся и увидел удаляющийся черный силуэт.
Внезапно Волчок встал в стойку, шерсть на загривке вздыбилась, из горла вырвалось тихое, но угрожающее рычание. Положил руку ему на ошейник. Даже проверять не стал, кто там в кустарнике шарится. И у кого такая черная аура, я тоже хорошо помню. Тот самый ряженый «жандарм» — Боголюбский.
Пошел к поселку. Труп писаря уже унесли, заметил, как неподалеку копают могилу. Прошел мимо, сразу к конторскому дому.
Успел в аккурат к ужину.
— Заходи, Федор, присоединяйся, — пригласил меня Князев.
Не стал отказываться, тем более ароматы в комнате витали такие, что невольно сглотнул слюну.
Ужинали сегодня в большой компании. Курилов пытался рассказать об убитом писаре, но Рукавишников, нахмурившись, произнес:
— Владимир Николаевич, имейте совесть, ну не за столом же такие темы обсуждать?