Читать книгу «Федька Волчок» онлайн.

— Расскажите о материалах его Монгольской экспедиции. Их можно как-то получить? — я даже затаил дыхание, ожидая ответа.

— Все его бумаги хранятся у нас. В архивах Главного управления округа. Их и не разбирали толком. Если есть желание, можешь заняться. Я похлопочу. Боголюбская — последняя любовь Ядринцева и его несостоявшаяся жена — так она забрала только личную переписку, не более того. А монгольская экспедиция очень интересна. Мистика, да и только. Меня один из рассказов Николая Михайловича поразил просто.

— Поделитесь? — попросил его.

— Конечно. Дело в Восточном Туркестане было, в Кашгарии. Ну или в Синьдзяне, если брать китайское название местности. Как раз после того, как нашли Каракорум — столицу Чингизхана. Так вот, встретили там русских людей. Целый караван, причем и телеги, и упряжь, и одежда — по всему судя, наши люди. Увидели экспедицию Ядринцева, русскую речь услышали — тут же, кинулись в ноги и, что бы ты думал, спрашивают?

— Дорогу в Беловодье? — предположил я.

— Кабы так, то и не удивительно было, так нет. Дорогу до Барнаула пытали. Рассказали, что ехали по степи, потом решили путь сократить в предгорьях, сквозь горное ущелье проехать, а выехали — вокруг пустыня и китайцы с уйгурами. На полторы тысячи верст мимо Барнаула промахнулись, а как так случилось — непонятно.

— А Ядринцев что об этом думал? — я подался вперед и едва не упал со стула.

— Что думал? А что можно думать о непознанном? Познать хотел. С их слов карту составил, где они ехали, в какое ущелье свернули. Так-то помог людям на Родину вернуться, до Бухтармы проводил, дальше уж сами добирались, оттуда до Барнаула рукой подать. А Ядринцев все собирался поехать, отыскать то ущелье, да что-то случилось с ним. Как будто сломался. В аккурат перед поездкой. Как наши говорят, порчу навели. Вмиг потускнел, постарел и в глазах темнота. Странная смерть, — она замолчал и добавил:

— Не похоже на самоубивство…

Я тоже молчал. К Звереву подковылял сынишка. Он поднял малыша на колени, и слегка подбрасывая вверх, речитативом проговорил:

— По горкам, по горкам, по гладенькой дорожке, в ямку — бух!

Максимка громко смеялся, а я думал, что некоторые потешки не меняются веками…

В комнату влетела Феня.

— Дмитрий Иванович, там к вам посыльный. От господина Болдырева. С сообщениями, — шумно дыша, сообщила она. — И еще с телеграфу посыльный. Срочная говорит. Молния. Из самой столицы.

Глава 11

Телеграмма была от моего деда. Сообщал, что выезжает из Санкт-Петербурга в середине апреля.

И Мария Федоровна, и Феня тут же заохали, закидались:

— Надо чистоту навести, чтобы сверкало все…

— И серебро начистить…

— Побелку свежую сделать…

— Постель, простыни накрахмалить…

— И шторы, шторы-то сменить бы…

— Да тише вы, устроили панику! — прикрикнул на них Зверев. — Сказано же, еще через месяц только выезжает.

И схватив мечущуюся супругу за руки, остановил ее и усадил в кресло.

— Ну тихо, Маруся, тихо. Не съест он тебя, — успокаивал жену.

Мария Федоровна всхлипнула:

— А мне все кажется, что съест, такой лютый человек, что со страху помереть готова.

Я подумал: «Да, интересный мне достался „дедушка“, что его так боятся?», но продолжал слушать внимательно, ведь там еще посыльный от Болдырева, интересно, а с чем он пожаловал?

Оказалось, что повод для отправки человека с известием был совершенно невинным. Посыльный от начальника Алтайского горного округа господина Болдырева просто передал приглашение на званый вечер, который решили совместить с заседанием общества любителей исследования Алтая.

Мария Ивановна, услышав о званом вечере, скривилась.