Наташа: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Тебе осталось узнать и постичь четыре, мне — две. Одну я еще познаю в этой жизни, а высшую понять никому не дано — даже фараону. Она известна только богам. Ибо начертано на одной из наших пирамид:

«Когда люди узнают, отчего движутся звезды,

Сфинкс засмеется и Время иссякнет».

— Отец, я хочу увидеть Мудрого Сфинкса у трех великих пирамид.

— Ну что ж, это не сложно. Заканчивается война. Совсем скоро вернется фараон с армией, и мы поедем его встречать как раз к трем пирамидам. А сейчас, Аллей, я должен готовиться к богослужению. Иди отдыхай.

Аллей вышел. За ним тихо и незаметно скользнули два жреца, провожаемые молчаливым взглядом Пентсуфра. Верховный жрец храма Амона был очень встревожен ночным нападением на его сына. Он догадывался о причине покушения, но не знал, от кого исходит опасность.

Верховные жрецы нескольких крупнейших храмов претендовали на особую милость возвращающегося фараона, а она означала богатство и почти неограниченную власть.

Но в то же время Пентсуфр знал, что никогда еще за всю историю Египта династия фараона не была так близка к своему концу, как сейчас. Сам фараон был преклонных годов, хотя продолжал возглавлять армию в многочисленных походах. Его единственный сын все свое время проводил в пирах, забавах и развлечениях, чрезмерно увлекался женщинами и отнюдь не интересовался государственными делами. Он даже титула, соответствующего его положению, еще не имел. Династия была на краю бездны…

— Случись что-нибудь с наследником фараона — и будет собран совет Верховных жрецов влиятельных храмов по выбору нового фараона. А у меня больше, чем у кого бы то ни было из них, преимуществ для получения этого титула. Если бы погиб мой сын — я потерял бы право претендовать на трон фараона. Ведь я думал, что Аллей пропал в паломничестве, сколько времени от него не было вестей… даже мои соперники успокоились — и вдруг… — Пентсуфр долго не мог найти подходящее слово -…он точно с неба свалился. В конце концов главное то, что боги сохранили мне его, что сын цел и невредим. Аллей не помнит прошедших событий, но он в здравом уме, и лекарь обещает, что память вернется к нему.

Пентсуфр благодарно посмотрел на статую богини, покровительницы храма, и воздал ей хвалу:

— Время свое возьмет, молодой организм победит недуг, а я буду постепенно вводить сына в курс дела…

После беседы с отцом Аллей направился к себе. Он долго думал о том, что услышал от него. Слова «война» и «встреча фараона» ни о чем ему не говорили.

— Значит, сейчас идет война… — Аллей почувствовал внутри себя пустоту. Он разделся и лег на высокую постель. Закрыв глаза, попытался сосредоточиться. — Митран… я ее любил и хотел жениться на ней?… Красивая девушка, но она не вызывает во мне нежных чувств…

И снова какое-то опустошение и тяжесть в душе. Память, как будто птица в клетке, билась о непроницаемую стену забытого прошлого.

— Мне необходимо побеседовать с лекарем, он объяснит, что же со мной случилось.

Медленно поднявшись и накинув на себя белое, расшитое богатым рисунком одеяние, Аллей побрел на поиски лечебницы. И только у двери, ведущей в залы, где обитал великий лекарь, Аллей осознал, что ноги сами привели его к цели.

— Значит, не все забыл…

Более не раздумывая, он толкнул дверь и оказался лицом к лицу с великим лекарем. Тот был бледен, только что он имел очень неприятный разговор с Пентсуфром о событиях прошедшей ночи и о его помощнике, замешанном в покушении на Аллея. Несмотря на то, что Верховный жрец не сомневался в честности и преданности своего лекаря, он счел необходимым подвергнуть и его строгому допросу…

Великий лекарь шагнул навстречу сыну Пентсуфра, пытаясь скрыть свое замешательство:

— Сегодня я уже второй раз имею счастье видеть тебя, Аллей. Ты чем-то встревожен?

Аллей рассказал о причине своего прихода и о том, что его мучает. Лекарь внимательно выслушал его, еще раз осмотрел, проверил пульс:

— Боги покровительствуют тебе, Аллей, и твое чудесное исцеление подтверждает это. Я не вижу в твоем состоянии ничего опасного. Общее истощение организма вызвано многочисленными лишениями, которые ты перенес, но хорошая еда и мои целебные снадобья в несколько дней помогут тебе.

— Но почему же я ничего не помню?… Это волнует меня больше всего. Какая-то война… — Аллей прервал себя на полуфразе. Он еще некоторое время разговаривал с лекарем, а потом отправился к Митран. Именно ее он решил подробно расспросить о прошлом.

Девушку он нашел в большом полутемном зале. Она сидела, выпрямив спину, как будто к чему-то прислушиваясь. Увидев вошедшего Аллея, она порывисто встала и быстро пошла к нему навстречу. Ее лицо светилось искренней радостью. Неизъяснимое очарование исходило от ее стройной фигуры, облаченной в голубоватый полупрозрачный хитон…

Мужское сердце не может остаться в такой момент равнодушным. С минуту они стояли, взявшись за руки и глядя друг другу в глаза. Девушка первой отняла руку и предложила сесть.

— Митран, я пришел поблагодарить тебя. Ты мне очень помогла, и сейчас я почти здоров, — он замолчал, встретив удивленный взгляд. — Я что-нибудь не так говорю?

Жрица кивнула.

— Митран, я все забыл, что было раньше — не помню. Великий лекарь говорит, что память со временем восстановится, но я хочу знать сейчас. Расскажи мне обо мне. Это паломничество… Что я там делал?

— Паломники поклоняются святым храмам, богам, очищаясь от грехов. Вижу, что много ты испытал, но боги не отвернулись от тебя. Иначе бы ничто тебе не помогло спастись, — проговорила жрица.

— А раньше, что было раньше?