— Вы можете посмотреть глазами, — сказал я.
— Нейромашинисты не функционируют без сети.
— Мы были недалеко и докатились по инерции, — сказал я.
Я не самый хороший физиономист, но по выражению лица работника транспортной компании даже я мог заметить, что он мне ни черта не поверил. Впрочем, не он один. Он еще даже не успел сформулировать очередной вопрос, как в беседу снова вмешался коп.
— Значит, ты утверждаешь, что пришел снаружи?
— Ну да, — сказал я. — И вы все еще можете посмотреть глазами и убедиться, что поезд действительно там, где я сказал.
Несколько человек подошли к окну и убедились, что хотя бы в этом я им не вру. Поезд действительно был на месте, потому что деваться ему было совершенно некуда.
— Допустим, ты действительно приехал на нем, — сказал коп. — Тогда как ты попал в здание?
— У вас было не заперто, — сказал я, неопределенно махнув рукой куда-то себе за спину.
— Аварийный режим блокирует все двери.
— Значит, что-то пошло не так, — сказал я. — Я подошел к двери, дернул, она и открылась.
— Дернул, значит? — повторил коп и посмотрел на мою правую руку. Без перчатки и с отсутствующей на мизинце псевдоплотью.
— Дернул.
— Что у тебя с рукой?
Я перехватил шлем левой рукой, а правой помахал у него перед лицом, чтобы он хорошенько все рассмотрел.
— Киборг?
— Нет. Человек-плюс.
— И откуда ты такой продвинутый?
— С Эпсилон-Центра, — сказал я. — Возвращался в Новые Надежды, чтобы улететь домой первым же рейсом. Мне в понедельник на работу, знаете ли, и начальство может не посчитать сбой местной транспортной сети достаточно уважительной причиной для прогула.
— У нас тут проблемы посерьезнее, чем сбой транспортной сети, — сказал коп. — Так что не думаю, что в ближайшее время ты попадешь домой.
Услышав про мои грядущие неприятности, он слегка смягчился, и я, решив ему подыграть, нацепил самое озабоченное выражение лица, которое только смог изобразить.
— А что тут на самом деле произошло?
— Судя по всему, мы попали под рейд Кочевников, — сказал коп.
— Вероятность этого…
— Мала, но никогда не равно нулю, — вздохнул кто-то из их команды. Судя по одежде, он был штатским и угодил сюда случайно. — Можно сказать, что все мы выиграли в лотерею. Я имею в виду, это никак не получится назвать большой удачей, но…
— Да-да, мы поняли, — сказал коп. — Защитный костюм ты взял в поезде?
— И кислорода в нем осталось меньше, чем на полчаса.
— Ничего, мы дадим тебе сменный баллон, — сказал коп. — Нам понадобится твоя помощь, чтобы вывести людей из поезда.
Трудно сказать, почему им понадобилась именно моя помощь. Скорее, пострадавший от профессиональной деформации коп заподозрил в моем рассказе что-то неладное (это было совсем несложно), и решил держать меня поближе к себе. Участие в спонтанной спасательной операции никак не входило в мои планы, но наиболее вероятной альтернативой ему была драка со всеми этими людьми, а вешать на себя полтора десятка лишних трупов я не хотел, поэтому решил подыграть местным и незаметно смыться где-нибудь посередине процесса.
Мы прошли в техническое помещение, где мне выдали запасной баллон, а коп и двое транспортников переоделись в защитные костюмы, чей класс был чуть повыше, чем у моего, но все равно не мог бы обеспечить выживание на сколь-нибудь приличный срок.