“И ты думала обо мне, когда потирала свой маленький клитор? Или ты использовала игрушку на себе? Ты играла со своими сосками и думала о том, как я их посасывал?” Его голос был низким, хрипловатым, когда он задавал ей вопросы, и от этого по ее коже пробежали волны возбуждения.
“Да! Да!” — вскрикнула она, когда он продолжил лизать ее сосок.
“И было ли это так же приятно, как когда я касался языком твоего клитора, облизывая тебя, как будто ты мое любимое лакомство?”
“Нет. Нет, это было совсем не так приятно”. Ничто не могло сравниться с тем, когда он прикасался к ней.
“Скажи мне, чего ты хочешь”, - потребовал он.
“Ты. Внутри меня”.
Он с улыбкой покачал головой. “Нет, пока нет. Не раньше, чем ты сойдешь с ума от возбуждения”.
“Сейчас я схожу с ума от возбуждения!” — запротестовала она.
“Я так не думаю. Тебе еще многое предстоит сделать”. Он проложил поцелуями дорожку вниз по ее животу. “Подтяни ноги к груди и держи их там”.
Она не могла поверить в то, чего он от нее требовал. И все же она не хотела, чтобы было по-другому. Ей нравилось, когда он брал командование на себя. Она подтянула ноги к груди, удерживая их там.
Он лег на живот, его лицо было в нескольких дюймах от ее киски. Он провел пальцем по верхушке ее киски. “Я вижу, ты продолжила ухаживать за собой. Это очень мило. Но с этого момента папа заботится обо всем, что касается твоего личного ухода, понимаешь?”
“Да, папочка”.
“Хорошая девочка. Теперь держись за ноги, но раздвинь их пошире для меня”.
Она захныкала, раздвигая ноги, полностью выставляя себя напоказ для него.
“Прелестная, прелестная киска”. Он нежно погладил ее, затем наклонился и провел языком по щелочке.
Ее ноги дрожали. Не потому, что она устала или ей стало тесно в этой позе, а потому, что она хотела большего. Ей нужно было больше.
Раздвинув ее губы, он прижался языком к ее клитору, просто удерживая его там. Затем он начал продвигать палец внутрь нее, даже дальше, чем делал это раньше. Это было сложно, это жгло, и она впервые начала задаваться вопросом, как это должно было сработать.
“Шшш”, - сказал он ей. “Я собираюсь присмотреть за тобой, Элли. Все, что тебе нужно делать, это то, что я тебе говорю. Позволь мне позаботиться обо всем остальном. Хорошая девочка. Расслабься.”
Было практически невозможно расслабиться, когда его язык ласкал ее клитор. О Боже. Черт. Это было невероятно приятно. Слишком хорошо. Она хотела, чтобы это длилось вечно, но знала, что не потребуется много усилий, чтобы заставить ее кончить.
“О, о, еще. Пожалуйста, еще”.
Он частично просунул два пальца в ее проход, растягивая ее. “Вот так, малышка. Потянись для меня. Черт возьми, ты будешь чувствовать себя такой тугой вокруг моего члена. Ты кончаешь, когда захочешь. Вот и все. Приходи за мной прямо сейчас ”.
По ней пробежала первая рябь, небольшой предвестник. Затем оргазм обрушился на нее, как паровой двигатель, лишив ее способности дышать, думать. Она ослабила хватку на ногах, больше не в состоянии удерживать их на месте. Но Беар встал на колени и прижал ее ноги назад своим телом, когда он наклонился над ней, его вес опирался на руки по обе стороны от нее. Его член подтолкнул ее вход. Наклонившись, он ухватился за ствол и направил себя внутрь нее.
Она все еще раскачивалась от последствий этого умопомрачительного оргазма, и ей потребовалось мгновение, чтобы ощутить себя растянутой. Наполненной. Слишком наполненной. Затем он сделал внезапный толчок, преодолев барьер ее девственности.
Она вскрикнула. И это был крик не от удовольствия. О черт, это было больно. Это было так больно.
“ТСС, малышка. Все в порядке. Теперь все кончено”.
“Это больно!” — причитала она. Слезы текли по ее лицу. Она знала, что будет больно, но никогда не думала, что это будет настолько плохо. Ее внутренности горели и пульсировали. Как это может быть приятным?
“Я знаю, милая. Но теперь все кончено. Шшш, не плачь. Ты разбиваешь мне сердце”.
Ей потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться. Жжение начало утихать, когда она поняла, что ему не может быть так уж комфортно лежать с его членом внутри нее. Ей нужно было взять себя в руки.
“Извини, ты мож двигаться, если хочешь ”.
Он усмехнулся. “Детка, я не сдвинусь с места, пока ты не перестанешь плакать. А теперь тише. Дай мне свою грудь. Позволь папочке все уладить”.