Он кивнул. “Хорошо”.
“Что ж, спасибо, рад, что ты считаешь мои страдания благом”. Он действительно был странным человеком.
“Да, если это означает, что он тебе небезразличен”.
“Я знаю”. Больше, чем он мог знать.
“И ты откажешься от этого, чтобы переехать жить к нему на ранчо?” Он обвел рукой дом.
“В мгновение ока”. Это был прекрасный дом, но это был не дом. Это было с Медведем.
“Это то, что мне нравится слышать”.
“Но как это что-то изменит? Как я смогу убедить его, что он мне нужен? Мы даже не разговариваем”.
“Предоставь это мне”. Он изучал ее мгновение. “Ты выглядишь измученной. Ты не спала?”
Она пожала плечами. “Не совсем”.
“Ты была на приеме у врача и попросила его осмотреть тебя?”
Она уставилась на столешницу. Он вздохнул. “Я собираюсь принять это за "нет". Медведь это знает?”
“Нет”.
“Итак, ты нарушила данное ему обещание”. В его голосе прозвучали мрачные нотки неодобрения. Она слегка вздрогнула. “Ты знала, что должна была делать, и ты нарушила правила. И, возможно, это как раз то, что нам нужно, чтобы доставить его сюда ”.
“Что?” Она не могла понять этого парня.
“Иди наверх, прими душ и надень пижаму”, - сказал он ей.
“Ты всегда такой властный?”
“Да. И пока Медведь снова не возьмет на себя ответственность за тебя, ответственность за тебя лежит на мне”.
“Почему?” — спросила она.
Он вздохнул. “Потому что Медведь — мой лучший друг. Я хочу, чтобы он был счастлив. Я пришел сюда ради него. Но теперь, когда я увидел тебя, разгуливающую в поношенных ботинках, в одолженной куртке, которая тебе великовата, и с большими синяками под глазами, я вижу, что ты нуждаешься в нем даже больше, чем он в тебе. Ты заблудилась, не так ли, малышка?”
“Я не потерялась. Я в порядке”. Хотя на самом деле это было не так.
“Не лги мне. Это последнее предупреждение, которое ты получаешь”.
Она знала, что не должна спрашивать. Она сказала себе не спрашивать. “Или что?”
“Или я прикажу тебе потерпеть”.
Она потерла лоб. Головная боль назревала в течение нескольких часов, что не было хорошим знаком. Но теперь у нее перед глазами поплыли пятна, а желудок начал пузыриться от тошноты. Она сделала всего несколько глотков горячего шоколада.
Клинт внимательно наблюдал за ней. “У тебя болит голова?”
“Да, и его зовут Клинтон Дженсен”.
Он фыркнул. “Я это слышу не в первый раз”.
“Для меня это не сюрприз”.
Он задумчиво посмотрел на меня. Затем кивнул, как будто принял решение о чем-то.