Лев провёл рукой по щетине.
— Ты не оставляешь нам выбора, Грейди. Если ты можешь ликвидировать угрозу сепаратистов — ты опасна. Если не можешь — мы всё равно не можем позволить тебе просто гулять, как будто ты чистильщик. Либо работаешь с нами, либо будешь под контролем. — Его брови насмешливо приподнялись. — Но в ополчении ты засияешь. Обещаю.
У меня вырвалось приглушённое ругательство. Не одна ловушка, а две — и я шагнула в обе. Если спасу Бенедикта — подпишу себе приговор. Если не спасу…
Лёд паники прошёл по мне, отозвавшись эхом в Плаке.
Прими это, — прошептала ледяная мысль, поднимаясь во мне зелёным пламенем. Если ты не остановишь строительство Хранилища, всё напрасно.
Я медленно вдохнула, глядя на жезл отца, прислонённый к столу. Он не воспитывал меня трусихой. Но и убийцей — тоже. Я отчаянно хотела вытащить Бенедикта из лап сепаратистов, но цена ополчения могла оказаться клеткой не хуже любой другой.
Я прикусила губу.
— Хорошо. Но если у меня получится, Херм получает помилование, а имя Бенедикта должно быть вычеркнуто из любых намёков на то, что его процесс помог уничтожить Хранилище.
Лев едва заметно сжал кулак в победном жесте, но быстро скрыл это.
— Кого-то нужно обвинить, — сказал Нодал. — Обвинять тебя — значит держать тебя в центре внимания.
Пульс грохотал в ушах. Я торговалась не только за свою жизнь, но и за их.
— Тень разрушила Хранилище. Я возьму вину на себя, — сказала я, затем замерла, когда холодная мысль ударила в голову.
Я хочу быть свободным — искать ткачей и тех теней, с кем возможен союз, — сказал Плак.
Я кивнула.
— И ещё. Мне нужен доступ к тем, кто умеет работать с тенью. Я не могу быть единственным ткачом. Нам нужен здоровый баланс дросса и тени. В Сент-Уноке не будет нового дросс-отстойника, созданного лишь для уничтожения тени.
Нодал подозвал помощника.
— Это уже два условия. За это я получаю очень тесную связь с вами, мисс Грейди.
Я снова посмотрела на Лева. Не такой жизни я хотела. Но всё меняется, и когда меняется — каждый решает, готов ли он отказаться от того, кем хотел быть, чтобы стать тем, кем должен, чтобы выжить. Чаще всего выбор прост. И если честно — я не позволю Бенедикту погибнуть из-за моего страха. Вопрос лишь в том, перевесит ли результат цену. Потому что, если всё сработает, моя теневая магия окажется разрушительнее сепаратистов.
Сжав челюсть, я кивнула.
— Ладно. Тогда по рукам, — сказал Нодал, поднимаясь и передавая бумаги помощнику. — Подключим тебя к связи и отправим тебя и твоего партнёра в «Джип», младший рейнджер Грейди.
Младший рейнджер?
Я медленно встала и вздрогнула, когда Плак сжался в тонкий завиток и нырнул в мой лодстоун.
Тень тебя побери. Я работала на этого человека — и даже не знала, сколько мне за это платят.
Глава 31
— Не уверена, что это сработает. — Я с сомнением посмотрела на наушник у себя в руке, пока молодая женщина в форме возилась с приёмником.
— Да, мэм. Это позволит нам держать связь, пока вы в городе. Вставьте его, и я настрою звук.
Я поморщилась от «вставьте». Но всё же чувствовала себя непривычно… официально, сидя на ступенях крыльца ранчо Нодала в темноте и ожидая сопровождение. И дело было не в наполовину съеденном сух пайке у локтя. И уж точно не в чистых джинсах и чёрной майке, пахнущих чужим кондиционером для белья. Всё из-за новых ботинок. Военные, из списанных. Мне они не нравились. Я не маг, чтобы вести войну. Я чистильщик. Я убираю.
Плак сейчас был не более чем ядовитой тенью под лестницей, и моя хандра усилилась, когда он послал тонкую прядь себя, чтобы обвиться вокруг моей лодыжки. Хотя я наполовину ожидала этого, всё равно дёрнулась, когда его мысли забурлили в моих, как холодная газировка, и ночь вспыхнула рассеянным дроссом. Он интересовался наушником.
Нет, подожди! — подумала я, когда тонкая лента его поднялась, чтобы коснуться устройства.
Пронзительный визг вырвался из приёмника, женщина вздрогнула и выругалась.