– Тут нельзя со взрослыми, – тут же встревает молодой парень, обслуживающий аттракцион.
Да я и сам вижу, что каждый грибочек рассчитан только на маленькую попку малыша. При всем желании не помещусь.
– Стлашно! – жалуется малютка.
– Ты поэтому не захотела садиться на бабочки? – тут же догадываюсь я о причине отказа.
Кивает.
Смешно становится от своих недавних мыслей о смелости этой малютки. Пантера, блин, лы-ы-ы.
На грибочках мы в итоге не катаемся. Зато мне удается уговорить Свету сесть на бабочку. Тут уже двойные места и можно со взрослыми.
– Выбирай бабочку, – предлагаю Свете, когда выходим на помост для посадки.
– Класная! – сообщает мне малышка.
– Да-да, они все классные, – соглашаюсь с девочкой не видя особых отличий.
– Нет, класная! – и на этот раз указывает пальчиком, чтобы до меня точно дошло.
Понял, красная.
Сидя в этой цветастой бабочке выгляжу глупо и неуместно. Но что поделаешь. Какой-то мелкий мальчуган, усевшийся через бабочку от нас, безотрывно пялится на меня, на автомате засовывая пенку из носа себе в рот.
Что, настолько удивительно, как я смог сюда поместиться?
Сколько же восторга в глазах малышки, когда она усаживается в кабинку. Любуется, поглаживает гладкий борт бабочки… Ну, прямо как я, когда купил себе первую тачку.
И как же эти глаза расширяются от страха, когда карусель не очень мягко начинает свое движение. Пальчики малышки сильнее вжимается в мою руку.
И только Света привыкает к движению, вместо страха начинает испытывать восторг, как бабочка трогается вверх. Подниматься все выше. И чем больше высота, тем сильнее расширяются от ужаса глазки малютки, (хотя, куда сильнее то?) а рот приоткрывается, готовый закричать.
– Все хорошо, – тут же пытаюсь ее успокоить. Приобнимаю рукой. – Мы не упадем. Смотри, остальные тоже катаются и не падают.
Указываю на другие кабинки. Но Света на них и не смотрит. Только на то, как мы поднимаемся. А затем опускаемся. При этом, сначала еще сильнее пугается из-за резкого дерганого движения кабины в самом начале спуска. Потом, по мере снижения, успокаивается. Вплоть до нового подъема.
Только под самый конец поездки, Света начинает испытывать восторг, все также перемешанный со страхом, но не таким сильным, и удовольствие.
– Понравилось? – спрашиваю ее, вытаскивая из бабочки.
Та восторженно кивает.
– Еще хочешь?
– Можно? – с удивлением спрашивает она.
И мы еще раз садимся в бабочку. В эту поездку малышка также испытывает страх и волнение, но восторг явно перевешивает.
Дальше мы едем в третий раз. В четвертый и пятый…
– Тебя разве мама не водила на карусели? – интересуюсь у малышки после.
– Водила.
Ответ заставляет недоумевать. Отчего же у Светы такая реакция на аттракционы? Решаю уточнить.
Оказывается, малышка никогда не соглашалась на карусель. Страшно ей было.