Шен, смотрящий воспоминание, не понимал, отчего не вмешивается Шиан, почему позволил окружить Шена, явно пребывающего не совсем в здравом состоянии рассудка. Почему он безмолвствует, не пытаясь ничего прояснить, позволяя остальным решать судьбу своего брата.
– Где Рурет?!
– Ты ее убил!
– Не говори этого! Это неправда!
– Неправда?! Тогда где она? Может, сейчас войдет в эту дверь?!
Все обернулись и долгих десять секунд вглядывались в закрытые створки, которые так и не дрогнули.
– Ее нет.
– Нет! Не говори этого! – Шен повторял это, словно безумный. Или в тот момент он и в самом деле был недалек от помешательства?
– Ее больше нет, как и всех твоих учеников! Как ты не понимаешь?! От моих слов ничего не изменится!
– Замолчи!
– Что произошло? – вмешался другой старейшина. – Расскажи нам, что там случилось!
Шен перевел на него взгляд и растерянно покачал головой.
– Я… я не знаю… Не помню…
– Естественно, он не помнит!
– Постарайся вспомнить. Возможно, если мы узнаем, что именно случилось, что-то еще можно будет исправить.
– Что ты исправишь? – вмешался другой старейшина. – Ты разве не ощущаешь ужасающую ауру, исходящую от пика Лотоса? Мы все чувствуем ее, даже находясь здесь! И частично эта аура исходит от него!
Старейшина вновь развернулся к обвиняемому:
– Ты всегда был ненормальным, Шен! Мы все заметили, что ты не чураешься темных искусств! Но рядом с тобой была Рурет, которая сдерживала твою натуру! И вот что из этого вышло: она первая и поплатилась!
– Пожалуйста, замолчите, – почти умоляюще произнес Шен. – Оставьте меня все в покое!
– Мы не сделаем этого! Ты себе больше не принадлежишь! Твоими поступками руководит тьма!
– Это не так!
– Не так? Ты уничтожил все живое на пике Лотоса! Ты призвал темные силы, которые преобразили резиденцию, превратив ее в… нечто невообразимое!
– Нет!
– Нет? Тогда кто это сделал? Чьей же милостью это произошло? Кто, не чураясь темных искусств, принес в жертву стольких людей, чтобы наделить тебя – ТЕБЯ – НЕ СЕБЯ – невероятным количеством темной энергии?!
– Бессмысленно отрицать это, – вмешался другой старейшина. – Такой ритуал в принципе невозможен без согласия заклинателя, принимающего в себя энергию. Разве что сердца и души заклинателей звучат настолько в унисон, что энергия приняла вас за одно целое.
Шен уставился на старейшину, а затем как безумный стал качать головой из стороны в сторону, словно пытаясь отринуть все, что тот произнес.
– Нет. Это невозможно! – Он сжал ладонями виски. – Замолчите все! Оставьте меня в покое!
Черная аура стала вспыхивать и гаснуть на его коже.
– Я заставлю тебя показать истинную сущность! – воскликнул стоящий перед Шеном старейшина. – Слишком долго ты прятался за хрупкой спиной Рурет!
Шен, смотрящий воспоминание, начал подозревать, что этот старейшина был неравнодушен к девушке. Уж слишком ее образ походил на богиню добродетели в его устах.