Спустя двадцать минут ко мне явилась внучка старосты, которая сразу же оккупировала ложе и начала ныть, что ей нечем заняться. Бросив взгляд на фигуру, лежащую на моей кровати, я отметил, что одежду ей изготовили на заказ.
Для начала эти кожаные лосины, которые вообще ничего не скрывали — настолько плотно они облегали ноги. Белая свободная блузка была заправлена прямо в них, и венчало это все черная жилетка, больше похожая на косуху.
Что я могу сказать? Шорне это было к лицу.
— Дуй к Клариссе, — огрызнулся я, понимая, что если так продолжится и дальше, то я так не придумаю способ посылать снаряды за угол.
— Мы поссорились, — пробурчала волчица, переворачиваясь на спину.
Тяжело выдохнув, я понял, что заняться своими делами мне не дадут, и потому повернулся к гостье, которая глядела в потолок, положив предплечье на лоб.
— Что у вас там произошло? Рассказывай.
— Нет, — отрезала визитерша. — Это наше с ней дело.
— Да-да, — отмахнулся я раздраженно и добавил твердо: — Делись давай. Я слушаю.
Нас окружило молчание на несколько минут, и… Наконец я услышал в чем причина конфликта. А она была до скрипа зубов очевидна — это парень. Точнее, мужчина. А если быть еще точнее, то мой «братец».
Конечно, волчица ни разу не назвала его по имени. Тогда как же я догадался? Очень просто! По двум оговоркам: «его светлые волосы» и «когда он схлестнулся с принцем».
Та дуэль впечатлила и меня, чего уж там. Думаю, в незамутненной голове внучки старосты это вообще произвело эффект фейерверка.
В общем, стоило это понять, как мне стало совсем неинтересно слушать Шорну, но я заставил себя кивать и не пропускать ни слова.
А дело было так… Спустя некоторое время волчица поделилась своим восхищением с принцессой. Однако вместо поддержки получила осуждение. Мол, он тебе не пара и думать забудь. Их разговор быстро свернул в сторону ссоры, а после волчица уличила собеседницу, что и она неровно дышит к бойцу.
После чего они рассорились окончательно. М-да… А ведь говорили, что «дружба между девушками — это пакт о ненападении». Видимо, это непреложная истина.
— И что ты думаешь с этим делать? — решил я поиграть в психолога, сложив ногу на ногу и уперевшись локтями в колено.
Для полноты картины мне не хватало только блокнота и очков.
— Мы обе не можем быть с ним, — сообщила мне волчица, глядя в потолок. — Я — оборотень. Клара сказала, что в вашем обществе мне не место. Разве что займу место любовницы… А сама Клара выше него по положению.
В этот момент я вспомнил бессмертное произведение Лопе де Вега и оброненную главным героем фразу…
— Ну-у-у, — протянул я негромко, после чего добавил: — Зато ты можешь насладиться близостью с ним, а твоя подруга — нет.
— Не подруга она мне, — отрезала Шорна и повернулась на бок.
Как все сложно… Честно говоря, быть жилеткой, в которую плачутся, мне не особо то и хочется. Но волчица прибыла сюда со мной, и я несу за нее ответственность. Уверен, Кларисса сейчас выносит мозг своему братцу.
А ведь оборотни — если их можно так назвать — однолюбы. Это сильно осложняет дело… И что я скажу деду этой занозы, когда привезу обратно? Забирал я ее хорошей, а верну… Эх-эх-эх…
Внучка старосты бросила на меня косой взгляд, но я сделал вид, что не заметил его. Наверняка хочет вновь завести пластинку про свои чувства, но слушать эти розовые сопли у меня не было никакого желания. Однако все равно придется.
И только я открыл рот, чтобы продолжить свои муки, как в дверь постучались.
— Кто там? — крикнул я громко, возможно даже слишком поспешно, так как получил злой взгляд собеседницы.
Незаметно переведя дух, я прислушался.
— Это я, — раздался голос принца.
— Заходи, — отозвался в ответ.
Дверь отворилась, и в комнату вошли сразу двое: сам Норвимур и его невеста.