Люси кивнула. Узнает, конечно. Королеву она понимала, дело-то житейское, хочется ей продлить молодость! Ах,как же ужасно несправедлива эта жизнь!
Вот если бы беременность омолаживала, но и обычная-то все из организма высасывает,а уж с ребенком-магом и вовсе жуть! Сразу на десять лет, считай,постареешь!
- Конечно, ваше величество. И узнаю, и сходим.
Лидия кивнула, и опять вернулась к зеркалу.
Один крем нанести и подождать, когда впитается, второй на веки, третий на лоб,четвертый на щеки, коже везде разная… и это еще шея и руки не охвачены… ах,руки! В этой мерзкой, проклятой старческой «гречке»!!!
Так бы и сорвала с себя всю кожу!
Увы, данная операция могла закончиться только смертью королевы, поэтому Лидии ничего не оставалось более. Сиди и ухаживай за собой.
Хотя бы так.
Хотя бы чуть-чуть!
А слезинку обиды Лидия ловко стерла еще в зародыше.
Нельзя ей плакать, совершенно нельзя! Это вредно для кожи! Вот!
***
- Киса, я рада тебя видеть! Вот, держи!
Элисон вытащила из сумки копченую форель и протянула кошке на открытой ладони. Кошка царственно оглядела приношение, и аккуратно взяла его зубами. Откусила примерно треть, остальное подвинула малышу.
Котенок задорно мяукнул – и вгрызся в рыбину.
Элисон улыбнулась, глядя на этот концентрат очарования. Ну хорош же!
Котенок достаточно быстро рос. Сейчас это был уже подросточек, немного нескладный и неуклюжий, но компенсирующий свою неловкость взглядом очаровательных золотых глаз.
Такой серьезный, пушистый, такой… познающий мир. Впрочем, дети животных практически все очаровательны.
Элисон видела кошку далеко не каждый раз, когда отправлялась в горы. После событий двухмесячной давности, кошка откочевала чуточку в сторону от найденной шахты.
Да, у каждой кошки или кота есть своя территория, они ее отлично метят, и охотятся на ней, и стараются к другим кошачьим не вторгаться, но тут уж была безвыходная ситуация. В горы пришли люди. Убивать кошка не хотела, но и терпеть рядом вот этих? Шумных, вонючих, и вообще?
В горах и так бардак был!
Из рудника вывозили мертвые тела, их везли сразу к железной дороге, откуда уже и пусть проложили, и щебнем засыпали. Там, на свежеоткрытой станции, их отдавали некроманту, который опрашивал и записывал данные у тех, до кого мог дозваться.
Туда же прибывали родные. Там же рядом устроили временный морг. Если родные у человека были, им отправляли письмо, и интересовались, что сделать с телом. Остальных просто хоронили на городских кладбищах Дейрена и Левенсберга.
Шахту с леонием спешно переоборудовали, завозили туда оборудование, строили домики для шахтеров, ограду, шумели так, что, наверное, в Дейрене слышно было… нет, кошке это не нравилось.
Она откочевала чуть подальше, как там у них складывалось с территорией, Элисон не знала, но если она ехала в направлении Орлиного пика, то кошку она видела. Сначала – издали.
Потом кошка решила подойти поздороваться. А потом Элисон начала прихватывать для нее всякие вкусности, благо, денег теперь хватало. Выделенные ей коронеты она отправила в банк, и теперь жила уже спокойно. Зарплаты хватало на съем комнаты и самое необходимое, а второй зарплаты, то есть снятых процентов – на разные приятности и вкусности. Впрочем, все Элисон не тратила, так что капитал будет прирастать. А это приятно.
Но как не побаловать кошку копченой рыбиной?
В горах, поди, такого нет! Может ли горная кошка наловить себе форели?
Наверное, может.*