Но на его пути сразу возникает Дэб. И я в пару. Не пропущу.
Если кто-то готов помочь Ларе, то никому, и никакому Джеральду мы не дадим помешать это сделать.
Джеральд бьётся в наших руках, он очень силен, но мы с Дэбом тоже хорошо накачанные, мертво держим его, не пропуская в палату.
Жизнь Лары и сына в руках двух неизвестных магичек. И мне не важно, ведьма одна из них или нет. Лишь бы она помогла!
Краем глаза вижу, как склоняются две русые головы над животом Ларики, как иглы Руси сплетаются с волосами незнакомой девушки. Ведьмы, как сказал Джеральд.
А нам сейчас как раз ведьмы и нужны, что всю жизнь в лесах лечили самые тяжёлые болезни.
Светловолосая магичка, имени которой я не знаю, водит ладонями над огромным животом Лары.
— Поворачивайся, малыш, поворачивайся, — шепчет она, — вот умница, получилось, получилось!
Поднимает голову, счастливо улыбаясь, смотрит радостно на нас и ...встречается с взглядом Джеральда.
Похоже, они знают друг друга. Она только говорит растерянно:
— Это ты? Ты?
— Держите, держите ведьму! — хрипит Джеральд.
Но она, мерцая непонятным переливающимся светом, неожиданно ... исчезает.
Вот это да! Она и так может?
Мы с Дэбом от неожиданности выпускаем Джеральда, он тяжело валится на пол.
— Ты о чем, Джеральд? — спрашивает Арчи, — кто была эта девушка?
— Не поверишь, брат. Моя истинная, — мрачно и хрипло говорит Джеральд.
— Повезло тебе, брат, — сурово шутит Арчи, — и на тебя нашлась, наконец-то, управа.
Все приходят в себя после созерцания мерцающего чуда. Напряжение в комнате ощутимо спадает после шутки короля.
Но моё внимание всё около Лары.
Лекари суетятся около неё:
— Ещё немного, Лара, давай, тужься, ты сможешь! Немного осталось! Ещё чуть-чуть!
И комнату оглушает отчаянный рёв моего наконец-то родившегося сына! Наконец-то!
Да ты, парень, громкий какой!
У меня слезы катятся градом по лицу. Дэб вообще закрыл лицо руками. Лекари обнимаются.
А Лара... Лара лежит с умиротворенным и невероятно счастливым лицом. Сжимает ручку Руси, целует её. Смотрит на лекарку из лазарета, держащую на руках наше орущее, красное от натуги чудо.
И вопли радости в палате, коридоре, постепенно уходящие на улицу…
— Он родился, сын родился! Чудо случилось! Дара наша жива, жива!
Глава 23. Ещё до войны
Какое невероятное чувство…