— А почему бы тебе не поступить в театральное или цирковое училище? По — моему ты — талант.
— Ты серьезно? — Люся заглянула ему в глаза.
Это движение было необыкновенно комичным и, представив, как это смотрится со стороны, Иван с трудом сдержал улыбку.
— Я совершенно серьезно. Мне показалось, что в театральной и киношной среде полно стандартных актрис, а вот таких, с яркой индивидуальностью — единицы.
— Но ты сказал — цирк?
— Я вспомнил Юрия Никулина, он закончил цирковое училище, но это не помешало ему стать великим киноактером — комиком и трагиком.
Они спустились во двор. Люся задумалась.
— Наверное, ты прав, — сказала она серьезно, — Но уши я все равно прооперирую. Уши как у шимпанзе.
Вопрос, разговаривал ли Иван с Парновым о наложенном на того штрафе, подтолкнул Ивана к исполнению. Однако, он никак не мог встретиться с коллегой. Парнов поменялся дежурствами с Линдером, который воспользовался моментом, чтобы отдохнуть от общества вязкого Пинскера, или доктору Песаху чтобы дать возможность отдохнуть от агрессивного Линдера — антисемита? Может быть Парнов таким приемом хотел избежать штрафа? Это вряд ли. Но то, что ЮАН не станет на пару врач — фельдшер, накладывать санкции за вину одного фельдшера, очевидно. По унылой роже Парнова Иван понял, разговор с заведующим состоялся, значит, штраф определен?
Прошла еще неделя, наступил июнь.
Иван со Шкребкой оказались в разных сменах, зато в одной с Парновым. Наблюдая за проштрафившимся фельдшером, он заметил, что тот бодр и весел.
Когда Парнов курил во дворе, Иван, проходя мимо, заметил.
— Вадим! А чем закончилась история с аппендицитом, который свезла Люся? Мне объяснили, как иногда штрафует ЮАН. Тебе тоже так пришлось отдуваться?
Парнов очень весело ответил.
— Ни фига! ЮАН поручил один вызов, совершенно ерундовый. Забрать больного с Киевского вокзала и перевезти на Ярославский. С мигалками. И все.
— То есть как?
— Вот так. ЮАН объяснил, мужик больной хроник, ему по городу на такси ехать опасно, может приступ выдать, а мы его быстренько с поезда на поезд и порядок.
— А чем он болен то?
Парнов махнул рукой.
— Чего-то онкологическое. Я не вникал, из выписки диагноз перекатал в карту. Впрочем, он на больного совсем не похож. Но мне без разницы.
— Но, а в чем суть штрафа? — не понял Иван. — Рутинная перевозка, можно было перевозку послать. Она и так этим занимается. Зачем было фактически снимать бригаду с линии?
Парнов задумался.
— Действительно. Странно. А вообще-то нет! ЮАН подчеркнул — «Везти с мигалкой», а на «волге» маячка с сиреной нету. И баулы эти в багажник легковушки не влезли бы.
— Так он еще с баулами ехал?
— Ага, две здоровенные сумки килограммов по двадцать.
Иван вспомнил, что срочно нужно перевести разговор, иначе Парнов на вопрос, о чем его спрашивал Иван, расскажет, что тот интересовался штрафом.
— Вадим, я чего подошел-то? У тебя запасная сигаретка есть?
Парнов протянул пачку «мальборо».
— Ты что, закурил?
— Нет, водитель просил стрельнуть, он бензина нахлебался и облился, пошел отмываться. — Это было самой чистой правдой.