И почему она вообще беспокоилась о безопасности?
Стук когтей по дереву снова заставил её очнуться, и она вспомнила. Щенки охраняли дверь.
Это было бы мило, если бы их гребаные глаза не светились так ярко, что отбрасывали тени на пол.
— Это ненормально, — бессвязно пробормотала она, когда сон окончательно потянул её на дно. Гейлен крепче прижал её к себе, и она больше не могла сопротивляться.
Просыпаться следующим утром было куда приятнее под лучами солнца, пробивающимися сквозь шторы. В груди всё ещё ворочался неприятный комок тревоги. Она села: кровать была пуста, комната тоже. Дверь закрыта, и никаких следов трех щенков.
Может, это был просто сон? Плоды её тревожности из-за собак, принявшие такую форму, пока она спала. Да, точно.
— Это звучит логичнее, чем светящиеся глаза, верно? — пробормотала она себе под нос.
Она потянулась, выбралась из постели и, зевнув, открыла дверь. В квартире была тишина.
Нахмурившись, она вернулась к прикроватной тумбочке и проверила телефон, но от Гейлена не было ни одного сообщения. Разве он не должен был работать из дома? Где он? Со вздохом она бросила телефон на кровать и направилась в ванную. Разделась и уже занесла пижаму над корзиной для белья, как взгляд зацепился за одну из рубашек Гейлена. Она улыбнулась, вытаскивая её: он уже начал исправляться.
Она уже собиралась бросить её обратно, как заметила дыру на ткани.
— О-о нет, — разочарованно протянула она, рассматривая рубашку. Гейлен её очень любил. Спереди она выглядела как обычно, но, когда Мейв перевернула её, она нахмурилась.
— Что за чертовщина? — спросила она вслух. Две одинаковые прорехи шли параллельно друг другу прямо между лопатками. Как, черт возьми, он умудрился так её порвать?
Покачав головой и решив спросить его об этой истории позже, она закончила утренние сборы и взяла рубашку с собой, чтобы выкинуть. Только зайдя на кухню, она обнаружила стикер, исписанный небрежным почерком Гейлена.
«Ушел ненадолго, забрал мелкоту, чтобы они тебя не разбудили. Скоро буду», — прочитала она вслух. Что ж, это было мило. И даже посуда после их неудавшегося ужина была вымыта и убрана из посудомойки. Более того, когда она открыла холодильник, в самом центре, как подношение, стояла большая кружка с кофе и её именем на стикере в форме сердечка.
Гейлен определенно делал успехи. И поговорить с ним оказалось так просто. Он не оправдывался и не спорил. Он выслушал, обдумал её слова и пообещал исправиться. И пока что он, блядь, справлялся на отлично.
Вопрос лишь в том, надолго ли его хватит?
Оскорбительный гардероб
Гейлен
Гейлен еще раз шикнул на щенков, слегка потянув за поводки, пока доставал ключи от квартиры. Но не успел он даже вставить ключ в замок, как дверь распахнулась и он увидел улыбку Мейв.
— Ты вернулся!
Восторг на её лице был ярким и искренним, в зеленых глазах плясали искорки, и он на секунду просто остолбенел. Но трое щенков тупить не стали — они попытались ворваться в квартиру, пока новый поводок, который он пристегнул к их одинаковым шлейкам, не заставил их остановиться. Один из них картинно плюхнулся на задницу, и даже Мейв оказалась бессильна перед такой милотой. Она хихикнула — звук был легким, воздушным и приветливым, — и Гейлен последовал за ней внутрь, как еще один потерянный щенок, с шуршащими пластиковыми пакетами в руках.
— Уже балуешь их? — спросила она, выгнув бровь.
Он замер, виновато взглянув на неё, но лишь до тех пор, пока не увидел веселье в её красивых зеленых глазах.
— Мне пришлось заскочить в офис, я взял их с собой.
— Ну что ж, — подтолкнула она, — показывай, что купил.
Гейлен улыбнулся и позволил ей забрать один из пакетов и поставить его на диван. Он отстегнул поводки и наблюдал, как щенки неуклюже ковыляют в своих шлейках.
— Так… у них есть имена? — спросила она, присаживаясь.
— Конечно. Вот тот, — он указал на щенка в зеленой шлейке, который уже засунул нос в пакет, — это Бабба, сокращенно от Вельзевул. Девочка в синем — Ахлис. Или Лисси. И последний, в фиолетовом — Элигос, или Эли.
Мейв моргнула, на её губах заиграла улыбка.
— Весьма… специфический выбор имен. У них есть предпочтения?