— Знаешь, — сказал я, почесав подбородок с колючей щетиной, — думаю, это самый долгий промежуток, когда я ещё ни разу не угрожал тебе.
Эмиль прищурился на ночное небо и склонил голову набок.
— Правда?
Правда. Хороший показатель того, насколько его напрягает то место, куда он меня ведёт.
— Кас?
Я обернулся, приподняв брови.
— Кажется, я тебе не говорил, — начал он, янтарные глаза скользнули ко мне, — но Поппи в доспехах выглядит так же ослепительно, как и в ночной рубашке.
— Боги, твою ж… — пробормотал я. — Инстинкта самосохранения у тебя точно нет, да?
Он хохотнул.
— По словам Нетты, нет.
Я вскинул брови при упоминании сестры Киерена.
— Киерен тебя кастрирует.
— Вряд ли, — ухмыльнулся он. — Нетта расстроится.
Я скривил губы в сдержанной улыбке, провёл рукой по чёрной гриве Сетти. Конь фыркнул и дёрнул головой, явно недовольный тем, что я уделял ему мало внимания последнюю неделю.
Величие Люкс открылось сразу, как мы въехали в квартал. Дороги здесь шире — хватило бы места для двух карет, — и освещены лампами, отбрасывающими ярко-жёлтый свет на гладкие каменные тротуары, уставленные огромными горшками с цветами. Лужайки и подъездные аллеи перед двух- и трёхэтажными домами напоминали друг друга, все окрашенные в разные оттенки кремового и слоновой кости, с ярким светом в окнах. Сзади у них просторные дворы, обнесённые стенами.
Богатые смертные и Вознесённые жили здесь как короли по сравнению с остальной столицей, где такие роскоши, как простор, электричество и чистая вода, большинству даже не снились, не то что были по карману. Даже Стоунхилл мерк рядом. А уж районы Крофтс-Кросс и Лоутаун, где большинство жителей Карсодонии ютились в полуразвалившихся домах и переполненных квартирах, полных болезней и безысходности, и вовсе казались другим миром рядом с роскошным Садовым округом и его элитными кварталами.
От Вознесённых я ничего другого и не ждал. Но как смертные могут жить так, пока остальные влачат нищенское существование? Наверное, они и вправду считали себя особенными. Лучше других. Благословенными. Более достойными. На деле же, даже в своих шикарных домах с тугими кошельками, они были для Вознесённых не более чем скот.
Движение выдернуло меня из мыслей. Я заметил впереди волвена — чёрно-серого, сливающегося с душистыми тенями. А потом увидел блеск доспехов и меча в лунном свете.
Стражники в белых плащах с золотыми атлантийскими гербами стояли вдоль улицы, в основном у домов Вознесённых. Те, что у входов, слегка кивнули нам, когда мы проезжали. К нам присоединился Сейдж.
Я сразу почувствовал перемену в воздухе.
КАСТИЛ
Воздух стал плотнее, давил, словно одеяло из камней, и в нём чувствовалась прохлада, которой мгновение назад не было. И это были не единственные перемены.
Улица тонула во мраке, будто лампы не получали питания, но я видел, что в нескольких домах — почти во всех — горел свет.
— Мы на месте, — объявил Эмиль. — Ну, у первого дома.
Справа я заметил высокую фигуру Найлла Ла’Крокса. Боги, когда я видел его в последний раз? Во время битвы у Храма Костей? Я осадил Сетти, когда стихиец-атлантиец отделился от группы и подошёл.
— Удивлён, что ты прямо за Хисой, — сказал Найлл, глянув на Эмиля. — Вы двое оторвали его от нашей Королевы?
Я криво усмехнулся, одобряя его ход мыслей.
— Киерен и Хиса решили, что ему нужно это увидеть, — ответил Эмиль, останавливая коня. — Я согласился.
— Она не одна, — заверил я Найлла, спрыгивая на землю рядом с большой урной, в которой, кроме земли, ничего не было. — С ней Киерен и Делано.
Когда я повернулся к атлантийцу, он замер, глаза расширились. Все реагировали на меня примерно одинаково — значит, он тоже заметил яркий эфир в моих глазах. Найлл скосил взгляд на Эмиля, тот лишь пожал плечами.