На высотах мужества: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Между тем боевые вылеты полка продолжались. Как и прежде, наши летчики прикрывали эскадрильи «Петляковых» в их полетах через линию фронта, штурмовали гитлеровцев на переправах через Днестр в районе Стефанешти, в полосе обороны 18-й армии. В воздушных боях с врагом погиб один из лучших летчиков полка Петр Овсянников. Были подбиты истребители П. Я. Головачева, И. С. Ерхова и А. А. Артамонова. Число И-16 в полку заметно уменьшилось.

Для отражения налета авиации врага на аэродром мы держали в готовности к немедленному вылету два звена. За воздухом велось постоянное наблюдение. И все-таки налет двух Ме-110 оказался для нас неожиданным. Они появились в ненастную погоду, при низкой облачности и моросящем дожде. Сбросили бомбы, обстреляли стоянки истребителей. Один механик погиб, двое - ранены. Четыре И-16 оказались с пулевыми и осколочными пробоинами. Потери были не столь уж велики, но обидные. Они учили нас многому.

В середине июля немецко-фашистские «люфтваффе» обрушили особенно мощные удары на висевшие у него на фланге 6-ю и 12-ю армии Юго-Западного и 18-ю армию [24] Южного фронтов. Гитлеровцы стремились окружить и разгромить здесь наши наземные войска.

Стратегическое господство в воздухе в то время было на стороне вражеской авиации. Фашисты летали большими группами «юнкерсов» и «хейнкелей» в сопровождении «мессершмиттов». Мы же из-за недостатка истребителей вынуждены были увеличивать число боевых вылетов. По семь-восемь раз в день поднимались наши летчики в воздух навстречу врагу. Часто две или три пары наших И-16 вели бой против двух, а то и трех десятков вражеских самолетов. Это были трудные, неравные схватки. Однако обстановка требовала сражаться, и наши воздушные бойцы, ежеминутно подвергаясь смертельной опасности, отважно атаковали врага. Они расстраивали боевые порядки фашистских бомбардировщиков, принуждали их сбрасывать бомбовый груз где попало, неприцельно. Не упускали удобного случая нажимать гашетки, когда самолеты гитлеровцев попадали в прицел.

На славу дрались в той обстановке, отражая налеты больших групп назойливых «юнкерсов» на рубеже обороны 18-й армии, комэск Иван Лукъяненко, комиссары эскадрилий Константин Пильщиков, Евгений Куликов, Петр Рогожкин и Николай Захаров, заместители командиров эскадрилий и командиры звеньев Григорий Титарев, Георгий Плясунов и Алексей Бочков, летчики Павел Головачев, Алексей Артамонов, Павел Пронюшкин, Александр Павлов, Евгений Серебряков, Иван Астахов, Николай Селезнев и Петр Шурмин. Все они в те жаркие июльские дни сорок первого несли основную тяжесть боевой работы в нашем полку.

12 июля тройка наших И-16 сопровождала уходившего через линию фронта разведчика-«петлякова». Ведущим шел К. А. Пильщиков. Экипаж Пе-2 уверенно справился со своей задачей. Выполнив разворот, он подал истребителям сигнал: «Возвращаемся на свой аэродром!» Оглядывая небо, Пильщиков увидел четверку вражеских «фиатов», а за ними - четверку «мессершмиттов».

Горючее в баках наших «ишачков» было на исходе. Однако «Петлякова» нужно было непременно защитить. Ведь на борту у него важные разведданные. Оценив обстановку, летчик-комиссар решил отвлечь внимание истребителей врага от Пе-2, атаковать их в лоб. Сразу же после доворота вправо Пильщиков направил И-16 навстречу гитлеровцам. Сближение шло стремительно. Фашисты ударили очередями из пушек и пулеметов. Сверкающие [25] трассы проносились мимо. «Нет, мы с курса не свернем!» - твердо решил комиссар.

Наши летчики открыли по врагу ответный пулеметно-пушечный огонь. И когда до «фиатов» оставалось около полутораста метров, те свечой рванулись вверх. Константин Пильщиков и Петр Шурмин ждали этого момента. Увидев в прицеле желтые фюзеляжи вражеских истребителей, они почти в упор выпустили в них короткие пушечные очереди. Два «фиата» рухнули на землю.

Однако и наши самолеты получили повреждения. На машине Пильщикова был, вероятно, перебит маслопровод, и мотор заработал с перебоями. Еще хуже дело обстояло на истребителе Шурмина: за ним тянулся дымный след. Это опасно. Кому же не известно: дыма без огня не бывает. Тем не менее ни один из наших летчиков не отвернул в сторону, не вышел из боя. Все трое шли теперь в лобовую на «мессеров». И гитлеровцы дрогнули. Уклоняясь от атаки, они начали отворот. Здесь-то Николай Задорожный и выпустил в одного из врагов пушечную очередь. Она оказалась точной. «Мессер» свалился на крыло и, потеряв управление, пошел книзу.

Тройка наших смельчаков, пикируя, на большой скорости достигла малой высоты. Из мотора дымившего «ишачка» Петра Шурмина вырвалось, затрепетало в потоках воздуха буйное пламя. Самолет неожиданно взорвался, летчик погиб.

В машине Константина Пильщикова заклинило мотор, и он вовремя ушел на вынужденную посадку. Николай Задорожный вернулся на аэродром и рассказал нам обо всем случившемся.

К. А. Пильщиков приземлился где-то в районе наших отступавших артиллерийских частей. Через три дня он вернулся в полк.

15 июля из штаба 45-й смешанной авиадивизии поступило приказание, чтобы наши истребители срочно нанесли штурмовой удар по вражеским моторизованным частям и коннице, прорвавшимся через линию фронта и двигавшимся в направлении Шаргорода. Для выполнения этой задачи нам удалось собрать всего семь И-16. Остальные находились за линией фронта.

Командиром группы назначили младшего лейтенанта Г. И. Титарева, который особенно отличился в предыдущих полетах во время штурмовых ударов по колоннам врага.

Истребители вышли в заданный район. У большого [26] пруда на водопое увидели скопление фашистской конницы. Десятки полевых орудий на прицепах машин располагались неподалеку от дороги в тени под ветвистыми вербами.

Первый удар наши И-16 нанесли из пушек и пулеметов в развернутом строю. Паника в стане врага поднялась невообразимая. На земле, будто в большом котле, забурлило и смешалось все. По самолетам никто не стрелял.

Ведущий быстро перестроил группу истребителей в боевой порядок «круг», и все они почти в течение получаса били короткими прицельными очередями по беспорядочно метавшимся в поисках укрытия фашистам. Однако укрыться им было негде. Обработали летчики и машины. Вели огонь по врагу до тех пор, пока боекомплекты снарядов и патронов не были израсходованы.

На другой день в штаб полка поступили данные. Группа истребителей младшего лейтенанта Титарева причинила гитлеровцам серьезный урон. Ей удалось поджечь 12 машин и повредить 6 орудий. На поле у пруда были уничтожены свыше 150 конников и артиллеристов. Движение противника застопорилось. Тем временем наши стрелковые подразделения подоспели к месту боя и обратили остатки вражеских сил в бегство.

Командующий 18-й армией по достоинству оценил этот штурмовой удар летчиков-истребителей. Все они были поощрены.

С той поры наши «ишачки» все чаще стали привлекаться для выполнения подобных заданий. Всякий раз, когда наземным войскам было особенно трудно, истребители полка появлялись над целью, оказывая им посильную помощь. Все это заметно содействовало укреплению дружбы между авиаторами и пехотинцами.

Основные события во второй половине июля и начале августа развернулись на киевском, первомайском и одесском направлениях. Немецко-фашистское командование стремилось сломить сопротивление советских войск любой ценой. Враг начал наступление. Разгорелись ожесточенные бои за Киев. Сдерживая натиск превосходящих сил гитлеровской армии, наши поредевшие в боях полки отходили на юго-восток и частично на юг.

В тот трудный период 168-й истребительный авиаполк, действуя в составе 45-й авиадивизии, выполнял боевые задания на правом фланге Южного фронта, в полосе обороны 6, 12 и 18-й армий. Летать приходилось в чрезвычайно сложной обстановке. Прикрывая отход наших наземных [27] войск, воздушные бойцы сражались с противником с предельным напряжением сил. К тому же через каждые один-два дня нам приходилось перелетать на новые аэродромы. Угроза прорыва фронта и возможного внезапного выхода танковых и моторизованных частей на нашу «точку» требовала от нас быть в постоянной готовности к вылету и переезду на новый, заранее подготовленный аэродром.

Люди сутками не уходили со стоянок. В ночное время они спали на самолетных чехлах прямо под крыльями истребителей. Штаб и КП полка жили «на колесах»: мы расположились в двух машинах аэрофотолаборатории. За каждой эскадрильей штаб закрепил машины для перевозки людей и военного имущества.

Штурмовой авиации в наших ВВС в тот начальный период войны было мало. И нашим летчикам едва ли не каждый день приходилось выполнять боевые задания - вести штурмовку наземных войск противника. Даже во время сопровождения «ильюшиных», если в небе не было вражеских истребителей, нашим приходилось вместе с экипажами Ил-2 наносить удары по наземным целям.

Жарким оказался для нас день 17 июля. Едва мы перелетели на аэродром Тростянец, где уже располагались штурмовики Ил-2, как поступил приказ обеспечить сопровождение «ильюшиных». И наши летчики ушли на задание. Эскадрилья «илов» штурмовала врага у переправы через Днестр и на прилегавших к ней дорогах. В одном строю с ними атаковали наземного противника и наши «ишачки». Общими усилиями штурмовиков и истребителей переправа была разбита, продвижение гитлеровцев приостановлено. Те же войска, что успели перебраться на левый берег, были частично отброшены нашими стрелковыми полками обратно за Днестр, а остальные уничтожены.

Многие наши летчики выполнили в тот день по семь-восемь боевых вылетов. Особенно отличились ведущие групп К. А. Пильщиков, Г. И. Титарев, И. Д. Лукъяненко и А. Бочков, летчики П. Я. Головачев, Е. Г. Серебряков, И. М. Астахов, С. Г. Стружкин, В. Г. Серегин, И. С. Ерхов, П. А. Бабочкин и Н. В. Селезнев. Прибывший к нам на исходе дня командующий ВВС Южного фронта генерал П. С. Шелухин всем им объявил благодарность.

19 июля мы получили приказ в срочном порядке нанести удар по фашистским войскам, занявшим железнодорожную станцию Красная. Для этого задания удалось [28] подготовить всего шесть самолетов. Командиром группы снова назначили Г. И. Титарева. Стараясь подойти к цели скрытно, он вел истребителей на малой высоте, умело использовал складки местности.

При подходе к станции Титарев увидел, что единственная улица на ней тянулась параллельно железной дороге. Она была буквально забита машинами и артиллерией на конной тяге. «Нужно закупорить выход гитлеровцам с обеих сторон улицы, потом расправиться с ними будет проще!» - решил ведущий и первым открыл огонь по машинам в голове колонны, на выходе с улицы. Ведомые сделали то же самое. Затем они развернулись на 180 градусов и нанесли удар по хвосту колонны. Машины загорелись. Лошади начали метаться, опрокидывая орудия. Выходы с обеих сторон улицы оказались закрытыми.

Истребители быстро перестроились в боевой порядок «круг» и начали уничтожать застрявших на узкой улице фашистских вояк, машины и орудия в конной упряжке. Обезумевшие от пушечных очередей, разрывов снарядов и воя моторов, гитлеровцы оставляли технику и лошадей, бросались куда попало. Однако пулеметно-пушечные очереди настигали их повсюду. Летчики штурмовали врага до последнего патрона и снаряда. На свою «точку» истребители вернулись без единой пробоины. Не до ответной стрельбы было охваченным паникой фашистам.

На рассвете 21 июля по приказанию штаба дивизии мы перелетели на аэродром, расположенный неподалеку от города Гайворон. На новом месте устроились быстро: это дело стало для нас уже привычным.