Миронов растерянно взглянул в зеркало: волосы на макушке стояли торчком. Он плеснул воды в руку, быстро пригладил вихор и надел фуражку.
Евгений сердито сказал:
- А ко мне сегодня на строевую комбат Горобец завернул. Побыл минут пятнадцать и ушел. И, как на грех, один в нечищеных сапогах, другой без пуговицы на вороте гимнастерки. Пришлось дать одному три наряда, другому - два. Вне очереди.
- И это при комбате?
- А что ж тут такого?… Зачем мне скрывать их недостатки?
- Не много ли? Ведь так через неделю у тебя все будут иметь взыскания.
- Пусть… Зато увидишь, какая дисциплина будет.
- Взысканиями не сделаешь из них хороших 'бойцов.
- Воспитывать надо?… Знаю. Это пусть им политруки лекции читают. Я командир. У меня на это есть права.
- А какое у них мнение о тебе будет?
- А мне что до этого? Я выполняю приказ наркома. В своем подразделении командир - хозяин. На то и единоначалие ему дано. А ты что, думаешь воспитать у них любовь к себе? Чепуха это. Командир не девушка, чтобы его любили. Командира должны бояться, и это создает уважение к нему, авторитет.
- А за что же им уважать тебя?
- Как за что? Хотя бы за то, что мне командовать ими доверили. В военном деле я на несколько голов выше любого из них.
Жигуленко встал, прошелся по комнате.
В дверь осторожно постучались.
- Войдите! - крикнул Жигуленко.
Вошел связной и доложил:
- Товарищ лейтенант, вас командир роты вызывает к себе.
- Что там случилось? - поморщился Жигуленко и направился к койке, где на спинке висело его снаряжение.
- Дежурный по полку задержал в проходной бойца вашего взвода Чемодурова. Он чуть было не ушел самовольно…
- Это что же такое? Распустились, разгильдяи! - крикнул Евгений, ловко и быстро надевая снаряжение. Встретившись взглядом с Мироновым, отвел глаза в сторону. - Ничего. Я ему покажу! Он и десятому закажет.
2
Когда Миронов уже собрался спать, по коридору раздались торопливые шаги Жигуленко.
Евгений вернулся радостный, возбужденный.
- Такая погода, Саша, что и не уходил бы со двора. Воздух сто тысяч стоит.
Он стремительно распахнул окно.
- Не возражаешь? А то у нас душно. Слышишь, девчата поют. Ночные жаворонки…
Жигуленко быстро заходил по комнате, скрипя половицами. Потом присел на койку Миронова.
- Сашок, скажи по-дружески: нравится тебе Наташа?
Миронов удивленно взглянул на Жигуленко: