– Еще прошлым летом: мы с отцом ездили рыбу ловить, а там матрос был, так он и подарил.
– Он настоящий матрос? А где он сейчас?
Петя затруднился сразу ответить на оба вопроса. Он зашатал головой в старом картузе без козырька. Личико у Пети бледное, остренькое, худенькое, но у него очень стройная фигура и такая же стройность в лице: хороший светлый лоб и красиво вычерченные черные брови. Петя улыбнулся:
– Он на реке, матрос, на пароходах. А сейчас он в городе.
– А за что он тебе подарил?
– Он ни за что не подарил, а мы вместе ловили рыбу. Я ему и батьку червяков накопал, а он мне перемет сделал. А потом он и сказал: возьми себе ножик, у меня другой есть.
Тимка иногда слышал рассказы о таких чудесных вещах: вдруг в жизни откуда-то берется матрос и дарит ножик. Тимка не очень верил таким рассказам. Если им верить, так выходит, что достать ножик ничего не стоит. И почему такое счастье сразу привалило этому Пете? И матрос, и ножик!
– Твой отец сторож? Да? – прищурился Тимка.
Петя серьезно опустил глаза и сейчас же поднял:
– Сторож. Он завод охраняет.
– А мой отец бригадир.
Петя молчал.
– И мой отец – коммунист.
Петя протянул руку:
– Ну, давай!
– Нет, постой, – сказал Тимка, рассматривая ножик. – Твой отец не коммунист? Нет?
Петя спокойно рассматривал физиономию Тимки.
– Он не коммунист, только это все равно: мой отец завод охраняет.
– Как он там охраняет, подумаешь!
– Он охраняет. Он с ружьем охраняет.
Тимка снова вытаращил глазенки:
– О! С ружьем! А ты видел?
– Видел.
– Ружье?
– Ружье. Винтовка.
– А чего он домой ходит без винтовки?
– Не полагается. Винтовка казенная.
– И он стреляет? А в кого он стреляет?
– В кого? В бандитов стреляет.
– А теперь нет бандитов. А ты мне сделай такую лодку.