Он строго посмотрел на толпу, которая тут же начала расходиться, бормоча извинения. Элрой подхватил меня с другой стороны, и мы, молча, поплелись к нашей комнате. Внутри меня бурлила гамма чувств: стыд, обида, злость, страх. Я не могла поверить, что все это произошло со мной.
Когда мы добрались до комнаты, то я, не говоря ни слова, упала на кровать и уткнулась лицом в подушку. Слезы хлынули ручьем. Стёша присела рядом и принялась гладить меня по спине. Элрой молча стоял у двери, хмуро смотря в окно.
— Даша, все будет хорошо, — тихо произнесла Стёша. — Мы с тобой.
Я ничего не ответила, только сильнее зарыдала в подушку. Я не знала, что будет дальше, но я знала, что мне нужно время, чтобы прийти в себя. Время, чтобы залечить раны и придумать, как мне жить дальше. Стёша и Элрой вернулись на занятия, клятвенно пообещав, что будут прибегать ко мне каждую свободную минуту. Но я даже не успела переварить все произошедшее, как мне пришел на технобраслет вызов от профессора Эйрона. Кое-как встав и придерживая руку, а она у меня расходилась болью все сильнее, я поплелась к нему. Перешагнув порог, я столкнулась с колючим взглядом профессора, который предложил мне присесть.
Я присела, ужасно нервничая. Ну что еще, разве может быть еще хуже? Но оказывается, может. Профессор начал говорить: "Ко мне сегодня пришла жалоба, что над вами сегодня грубо подшучивали. Я провел расследование, опросил студентов, и открылась очень нехорошая правда о вашем поведении. Это недопустимо, поэтому у академии нет другого выхода, как отчислить вас. Вот, держите, я приготовил уже все документы. Можете идти собирать вещи и не забудьте сдать форму и подписать обходной лист."
Я сидела как громом поражённая, не веря своим ушам. Отчислить? Меня? За что? За то, что на меня напали? Это какая-то чудовищная ошибка!
"Но… профессор, вы не можете этого сделать!" — воскликнула я, вскакивая со стула. "Это несправедливо! Я ничего не сделала!"
Профессор Эйрон оставался невозмутимым.
"Ваше поведение в последнее время оставляет желать лучшего. Постоянные конфликты, неподобающее общение с другими студентами…"
"Но это они меня провоцируют!" — воскликнула я, чувствуя, как подступает истерика. "Они издеваются надо мной, оскорбляют меня! Я просто пытаюсь защититься!"
"Защита — это одно, а провокации и ответные оскорбления — другое," — отрезал профессор. "В любом случае, решение принято. Ваши вещи должны быть собраны к вечеру."
Он протянул мне папку с документами. Мои руки дрожали, когда я взяла ее. На первой странице красовалось крупными буквами: "Приказ об отчислении".
Глава 26
Выйдя из кабинета и не глядя ни на кого, направилась к общежитию. В голове гудело, словно рой разъярённых пчёл. «Отчисление… Из-за них… Из-за этой несправедливости. Я чувствую себя загнанной в угол, словно дикий зверь, окружённый охотниками. Что мне теперь делать? Куда идти? Все мои мечты, все планы — всё рухнуло в одночасье… Теперь у меня есть только вечер, чтобы собрать вещи и покинуть это место. Обидно, до слёз обидно.
Дойдя до фонтана, присела на его прохладный каменный край и наконец обратила внимание на бумаги, которые всё ещё сжимала в руке. Обходной лист и приказ об отчислении — вот что профессор вручил мне на прощание.
Развернув обходной лист, машинально пробежала глазами по пунктам: библиотека, деканат, бухгалтерия… Бессмысленно. Всё бессмысленно. Но что-то внутри зацепилось за мысль о ректоре. Вдруг он сможет чем-то мне помочь. Да, это шанс. Небольшой, призрачный, но шанс.
До кабинета ректора я шла быстрым шагом, стараясь не думать о насмешливых взглядах и перешёптываниях, которые, я уверена, уже начались за моей спиной. Добравшись, я проскользнула мимо секретарши, оставив без ответа её недовольное: «Вас не вызывали, вы можете всё передать через меня!» и услышала заветное: «Войдите».
В кабинете ректора было тихо и спокойно, как всегда. За огромным дубовым столом сидел Сернах с усталым выражением лица. Я вошла и дрожащими руками протянула ему приказ.
Он непонимающе посмотрел на бумагу, потом на меня. «Что это, Даша? Что случилось? Меня не было всего несколько дней, что ты успела натворить?» Его спокойный тон немного успокоил меня, но я всё ещё чувствовала, как подступает истерика.
Капли слёз падали на новенький ковёр ректора, оставляя тёмные пятна. Я начала сбивчиво рассказывать, что в академии меня невзлюбили с самого начала, все считают, что я незаслуженно занимаю место. А позже надо мной даже начали издеваться. Я рассказала, как меня облили мерзкой жижей и всё, что я хотела, это только справедливости, поэтому вызвала на дуэль одну из обидчиц. Но, к сожалению, не смогла удержать под контролем свою магию.
Рассказывая всё это Сернаху, я совсем опустила руки. «Я знаю, что я ни на что не способна, — прошептала я, — но это не даёт им права меня унижать, называть подстилкой или дамой лёгкого поведения. А после всех этих оскорблений ещё и обвинить, что я сама во всём виновата и исключить из академии… Это как минимум несправедливо».
Я подняла на ректора заплаканные глаза, полные отчаяния. «Я не хочу уходить… Я хочу учиться… Я хочу доказать, что чего-то стою… Но как я могу это сделать, если меня постоянно пытаются сломать?» — закончила я, смотря на ректора с последней надеждой.
Сернах выглядел совершенно потрясённым.
«Даша, да что вообще здесь произошло?! Кто посмел так тебя обидеть?!» — голос ректора звучал всё громче и громче. — «И что это за профессор, который не помог своему ученику, а решил его исключить?! Это возмутительно!» Он явно был взбешен услышанным.
Почувствовав небольшую поддержку, я перестала скрывать имя профессора. Ведь Сернах прав: что это за педагог, который может так поступать со студентами, не разобравшись выносить вердикт?
«Это профессор Эйрон», — выпалила я.
Не дослушав, Сернах пулей вылетел из кабинета и крикнул секретарю: «Быстро ко мне профессора Эйрона!»
Затем он вернулся ко мне, его лицо всё ещё было красным от гнева, но в глазах появилось сочувствие. «Даша, всё будет хорошо, — сказал он, достал из кармана белоснежный платок и аккуратно вытер мои не успевшие высохнуть слёзы. — Мы во всём разберёмся. Не волнуйся».
В кабинете повисло напряжённое ожидание. Мы ждали профессора. Ждать долго не пришлось. Дверь распахнулась, и на пороге появился профессор Эйрон с привычным надменным выражением лица, будто его вызвали на чаепитие, а не на серьёзный разговор о судьбе ученицы.
Сернах, казалось, только ждал этого момента. Он вскочил из-за стола, испепеляя профессора взглядом. «Как это понимать, Эйрон?! Как такая ситуация вообще могла произойти в стенах моей академии?! Студентку травят, унижают, доводят до отчаяния, а вы что делаете?! Предпочитаете закрыть глаза и тихонько вышвырнуть её вон?!» Его голос гремел, сотрясая стены кабинета. «Вы, профессор, должны быть наставником, защитником! А вы?!»