– После стольких лет неспокойно стало вдруг мое сердце, – сказала Чун-хян, услыхав стук, и сама пошла отворять.
Они сразу узнали друг друга, потому что Чун-хян стала опять удивительно молодой и прекрасной.
Они оставили этот город, где все еще жил ненавистный таса, и поселились далеко-далеко, забыв в счастливой жизни о пережитых невзгодах.
Два камня
Висели два камня над рекой. Один, пониже, был всегда в воде, другой, повыше, был всегда наверху.
Который пониже был говорит:
– Хоть раз бы мне увидеть, что делается на земле.
А который повыше был говорит:
– Хоть раз бы закрыло меня водой.
Вот и пришел раз такой сухой год, что и нижний камень увидел землю.
Но было сухо и все выгорело – у людей не было хлеба, скот ревел без корму, и все кругом было желто, как и лучи солнца.
– Плохо же жить на земле, – сказал камень, – еще немного, и растрескается вся моя красивая наружность. То ли дело, как жил я раньше: прозрачная вода бежала мимо меня, веселый хоровод рыбок кружился и прятался подо мной, когда проходила лодка рыбака вверху надо мной, и то-то была потеха, когда сверху падал кусок чумизы, – сколько, сколько рыбок набегало тогда ко мне в гости.
И он был очень рад, когда вода снова закрыла его и он ушел в свое царство.
Пришел другой год, и вода поднялась так высоко, что залила верхний камень.
Но вода была мутна и грязна, и, как камень ни таращился, он ничего не увидел, и только грязи набилось в него.
– Фу, какая гадость, – сказал камень, когда увидел опять свет, и уже не хотел больше опять очутиться под водой.
Сын тысяченожки
Хотя тысяченожкам не везет в Корее, так как любопытнее корейца, как известно, нет человека на свете, но одной тысяченожке удалось все-таки найти такого человека, который все три месяца ни разу не заглянул к ней в комнату.
После этого тысяченожка стала такой же, как все, женщиной и родила здорового и сильного мальчика, которого до девяти лет звали Шуади, что значит теленок, а затем Тон-чу-ди.
Судьба таких детей от матери, бывшей тысяченожкой, всегда необычайна.
До тринадцати лет он воспитывался дома, в тринадцать его отдали к бонзам, а в шестнадцать лет он блистательно кончил свое ученье и отправился домой.
По дороге, на берегу одной реки, он увидел, что мальчики поймали хорошенькую рыбку и спорили о том, кому она принадлежит. Тон подошел, взял рыбку в руки и вдруг увидел, что из глаз ее текут слезы.
Тогда он купил рыбку, пустил ее обратно в реку и продолжал дорогу.
Через некоторое время подъехал к нему человек на прекрасной лошади без шерсти. Этот человек сказал ему:
– Мой господин просит вас к себе в гости.
Слуга слез с лошади и предложил ее Тону.
– Одно условие, – сказал слуга, – надо завязать вам глаза.
Тон согласился, и они отправились в путь.
После некоторого времени слуга снял с Тона повязку, и Тон увидал перед собой большой прозрачный дворец.
Все кругом двигалось, было странно и не похоже на землю.