А ведь их с Таней план, казался ему таким идеальным…
И у них, скорее всего, приготовлены какие-то справки, подтверждающие мою невменяемость. Удивительно, что мой муж не стал махать этими бумажками, пытаясь доказать свою правоту.
– Ладно, мам, я тебя понял, – произносит Миша. – Не буду отвлекать. Хорошего вечера.
– И тебе, – сбрасываю звонок и включаю звук на ноутбуке.
Меня немного удивляет тот факт, что мой всегда организованный супруг ни с того ни с сего начал вести себя так странно. Неужели Таня так плохо на него влияет? Ведь раньше он бы запросто смог организовать семейный совет и убедить всех, что я совершенно точно свихнулась. А теперь он, как будто, не в состоянии удержать внимание собственных детей. Видимо, не стоило ему опускаться до измены – новая любовь лишила его разума.
– Может, объяснишь, что происходит? – спрашивает Михаил.
– Я вам всё уже объяснил! – злится Богдан. – Но вам правда не пришлась по вкусу.
– Какая правда? – спрашивает Аня. – Почему мы должны верить тому, что ты говоришь? Я каждый день общаюсь с мамой и не замечала у неё даже намёка на психоз. Плюс к этому, если бы она и правда посещала каких-то врачей, то не стала бы скрывать это от меня.
– Вы можете мне не верить, но суть от этого не изменится, – вздыхает Богдан. – Я не собираюсь вас ни в чём убеждать. Просто мне всегда казалось, что на вас можно положиться. А теперь понимаю, что с этой бедой придётся справляться самостоятельно. Вы хоть понимаете, каково мне сейчас? Мы с вашей мамой вместе уже очень много лет, и я понятия не имею, как буду справляться без неё. Мне страшно! Да, сейчас мне по-настоящему страшно. Я просто обратился к вам за поддержкой.
Он говорит так убедительно, что даже я в какой-то момент начинаю верить в его искренность. Что уж говорить о детях.
– Я всё равно считаю, что даже если ты уверен в своей правоте, нам стоит показать её другим специалистам, – качает головой Аня.
– Вы серьёзно не понимаете, что на это больше нет времени? – громко спрашивает мой супруг. – Мы не можем ждать! Я должен как можно скорее получить справку о её недееспособности.
– И зачем, позволь спросить, тебе такая справка? – растерянно спрашивает Катя.
– Ты сейчас серьёзно? – недовольно интересуется мой муж. – Ваша мать больна! Марина не в себе! А у неё есть доступ ко всем нашим деньгам, и я понятия не имею, как она может ими распорядиться. Не забывай, что после того как твой муж сбежал в неизвестном направлении, бросив тебя с двумя детьми, все твои расходы легли на мои плечи. На что ты собираешься жить, когда денег не станет?
– Когда не станет, тогда и будем решать, – грубо вмешивается Аня.
– Нет, тут ты не права, – качает головой Катерина. – Речь ведь не только обо мне, но и о моих детях. Я не могу позволить себе остаться без денег.
– Ты сейчас серьёзно? – удивлённо спрашивает Аня. – Ради денег, которые ты тратишь на няню и маникюр, готова отправить в психушку собственную мать?
– Ну, во-первых, я не считаю, что нам обязательно запирать её именно в психушке, – отвечает Катя. – Есть же всякие дорогие пансионаты. А во-вторых, ты не можешь меня судить - ты пока ещё не знаешь, что такое быть матерью и нести ответственность за своих детей.
– Так ты и не несёшь за них ответственность! – заявляет младшая дочь. – Ты плотно сидела на шее сначала у мужа, который в итоге не выдержал и сбежал, а потом у родителей. Ты ни дня в своей жизни не работала!
– Девочки, перестаньте ссориться, – просит Богдан и проникновенно заглядывает Кате в глаза. – Теперь ты понимаешь, о чём я беспокоился?
– Да, – кивает она. – Ты беспокоился обо мне и малышах.
Богдан улыбается, Катя смахивает слезу с щеки, а Аня закатывает глаза.
– Я надеюсь, вы на это не купились, – обращается она к братьям.
– А что если он прав? – тихо интересуется Егор.
– Думаю, об этом лучше поговорить с мамой, – практически рычит Аня. – Мы не должны действовать за её спиной и уж тем более слушать советы посторонней женщины и её неадекватной дочери. Зачем здесь вообще была эта парочка истеричек? Для чего ты их позвал?
– Вы не должны ничего рассказывать ей, – заявляет Богдан. – Понимаете, что могут быть последствия? Ей может стать хуже. Нельзя вываливать на человека подобные вещи. Пообещайте мне, что ничего ей не скажете!
– Ну уж нет! – качает головой Аня. – Я не буду обещать тебе подобного. Если с мамой и правда что-то не так, она должна знать правду.
– Не должна! – кричит мой муж и вскакивает с места. – По крайней мере, не сейчас! Я не хочу рисковать её здоровьем. Очень жалею, что всё вам рассказал. Я считал, что вы уже достаточно взрослые, но ошибся.
– Бред какой-то! – произносит Аня и качает головой. – Я ухожу!
– Мы не договорили! – злится Богдан, но дочь молча выходит из гостиной. Следом за ней, не прощаясь, уходят Миша с Егором.