Я грустно ухмыльнулся, скинул лиса с парапета и двинулся в сторону машины. Черкасов уже махал мне из-за руля.
— Во-первых, у меня клятва…
— Её можно обойти.
— Во-вторых, эта кровь становится опасной. Ведь по ней могут найти и меня. Я и так мишень для демонов, зачем же вешать на себя вторую.
Но было и третье: родственники бога могли унаследовать часть божественности через связь душ. И если я нарушу клятву крови, то божественный откат может ранить даже меня, бога.
Потому что боги договариваются только через кровь и душу — иных способов подтвердить серьёзность намерений не существует.
Так что я при Черкасове, Сухове и Кефире уничтожил пробирку с кровью Роксаны с помощью Дара и Флеймигатора. Выбежавшие на пламя Гончие были вежливо посланы обратно на пост. Нечего мешать выполнять обещания.
Затем я уселся в машину, и она отвезла меня на место встречи с Вороной. Я кратко пересказал, что происходило, умолчав, что Кирилл Привалов — новоявленный бог этого мира. Он живёт свою первую жизнь, а значит не имеет полной силы. Он просто талантливый одарённый.
Пока что.
Воронова, прослушав доклад, кивнула и поблагодарила меня (вот те ж на), после чего позвонила и что-то тихо сказала в трубку. Как я понял, это был человек среди команды Князя Привалова.
Да уж, её сеть действительно раскинулась по всей столице. Не удивительно, что её боятся Князья — не только за силу уважают.
— Кровь уничтожил? — спросила она после, и я кивнул. — Спасибо. Теперь мне стоит вернуться к Роксане, поговорить с девочкой. У неё тяжёлый период.
— Попробуйте, но уверен, что она уже уехала, — ответил я. — Когда она будет готова, она сама вас найдёт. Думаю у вас теперь гораздо больше тем для разговора, чем раньше.
Александра Валерьевна на мгновение вспыхнула, но тут же погасила свою ярость.
— Ты прав, Серёжа. Странно это говорить, но ты явно стал мудрее за прошедшее время.
— Жизнь научила, — пожал плечами в ответ, чем вызвал гомерический хохот Кефира: он начал кататься по земле, совсем не пачкая свою сине-рыжую шерсть.
Когда он отсмеялся, мыс сели в машину. Точнее, ему пришлось заткнуться, чтобы успеть вскочить в машину и улечься на сиденье рядом со мной прежде, чем мы уехали.
Подорожников на всякий случай проверил моё состояние и, удивительно, оно оказалось нормальным.
— Подозрительно, — сказал он, убирая Дар. — Стоит вам выйти из дома, Сергей Иванович, как вы вляпываетесь в историю, выход из которой приходится пробивать Даром и головой. В этот раз голова целая.
— Ты там не каркай, — отозвался с водительского сиденья Антон Черкасов. — А то если ему размажут голову в моей машине, убирать заставлю тебя. За длинный язык.
Так, легко припираясь, мы доехали до места назначения. К сожалению, это был не мой дом. А дом Приваловых. Кирилл попросил приехать к нему как можно быстрее, и я спорить не стал.
Понимаю: у него сейчас демон пойми что твориться в голове.
Поместье Приваловых оказалось под стать семье: большим, массивным, дорогим. Охрана, которую не заметишь, пока не начнёшь искать; артефакты, которые стоят, как моя выручка за две месяца — за штуку; современная сигнализация и идеально подстриженные кусты.
Обе последние вещи произвели на меня впечатление, поэтому и рядом находятся.
Меня провели к восточное крыло, к обычной, даже скучной двери и, постучав, оставили одного. Через мгновение после исчезновения слуги раздался глухой голос:
— Входи, Шторм.
Я и вошёл.
Первым делом я увидел огромный рабочий стол, аккуратно заставленный папками, книгами и стаканами для ручек. Никакого хаоса, только рабочий, отточенный порядок. Массивное удобное кресло, книги в шкафу за ним.
Только вот Кирилл Привалов сидел на небольшом стуле справа у стены, опустив голову. На всякий случай я изучил Взглядом артефактора пространство под нами.
Оказалось, что Кирилл с большим интересом изучает ковёр. Обычный ковёр.