Полукровка 4: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я неслабо удивился, тем не менее, дар речи не потерял — склонил голову в знак уважения ко всем сразу, затем поймал взгляд адмирала Шестопалова и продолжил издеваться над Андреем Валентиновичем:

— Если князь Меншиков счел себя оскорбленным, то, по логике, должен вызвать на дуэль меня. А я как раз в подходящем настроении. Поэтому приму его вызов и гарантированно не разочарую ни решением драться до первой царапины, ни решением использовать подмены. В общем, ждем…

«Не вызовет. Несмотря на сумасшедшие репутационные потери…» — предсказала Даша и не ошиблась: князь в сердцах сплюнул на пол, развернулся на месте и под гул публики, разочарованной таким поведением, быстрым шагом ушел к лестнице. Видимо, чтобы не ждать приезда кабинки лифта.

— Шпак чистой воды… — презрительно фыркнул Шестопалов, проводив его взглядом. — Причем в самом худшем смысле этого слова. А ведь его отец, Валентин Алексеевич, был и боевым офицером, и великолепным дуэлянтом. Эх, мельчают иные рода…

…Все оставшееся время антракта мы беседовали с «защитниками», в общей массе оказавшимися флотскими, причем в званиях от каперанга и выше. А потом очередной звонок разогнал нас по ложам.

Пока мы шли в свою, я быстренько собрал нарезки из самых интересных моментов «отдыха» в единый файл и отправил сразу двоим адресатам — Игорю Олеговичу и Владимиру Михайловичу. Потом помог своим дамам опуститься в кресла, сел сам и прочитал первый «итоговый» комментарий, упавший в общий канал:

«Флаг показали. Причем не мелочась — „переехали“ целого князя и, кроме всего прочего, позволили себя проявить настоящим, а не диванным воякам…»

Темникова дополнила мнение Костиной:

«Ага. Поэтому других нездоровых телодвижений в наш адрес не будет. Зато в следующий раз стоит ждать чего-нибудь заметно более жесткого типа вызова на дуэль от профессионального бретера или попытки заляпать грязью нас, девчонок. Ибо толковых аналитиков хватает, запись не изучит только ленивый, а терять лицо в противостоянии с „зазнавшимся мальчишкой и его подстилками“ не захочется никому…»

«И чья это цитата?» — злобно поинтересовался я, переключившись в боевой режим, развернул в отдельном окне ТК архив видеозаписей, открыл последнюю и начал просматривать с момента нашего выхода из ложи. А через несколько мгновений девчонка ласково погладила меня по руке и уронила в канал объяснения, заставившие успокоиться:

«К сожалению, ничья. Но эта мысль читалась во многих взглядах. А выражения, наиболее часто используемые при разговорах тет-а-тет самыми старшими представителями благородного сословия, я слышала с детства…»

Глава 29

15 августа 2470 по ЕГК.

…Сон, в котором я обвинил дядю Калле в смерти матушки, не отпустил меня и после пробуждения — перед глазами стояло виноватое лицо Аллигатора, а в ушах звенел мой собственный голос:

— Почему ты не перевез ее в любой из городов-миллионников Белогорья или, хотя бы, в Радонеж? Что тебе мешало? Только не говори, что отсутствие денег: на двести с лишним миллионов рублей, которые я обнаружил на твоем счету, можно было купить сотни великолепных квартир в жилых комплексах, охраняемых высококлассными службами безопасности. А она жила в самом криминальном районе Елового Бора, и я тебе этого НИКОГДА НЕ ПРОЩУ!!!

Что самое грустное, я понимал, что там, во сне, наконец высказал то, о чем боялся думать в реальности. Вот настроение и рухнуло в пропасть — мысль о том, что матушку, по сути, убила самоуверенность моего второго отца, рвала душу в клочья. Да, заработавшее сознание подкидывало и альтернативные варианты, но этот… этот засел слишком глубоко и отказывался забываться. Вот я и мучился, раз за разом заново переживая момент своего последнего появления в нашей квартире, представлял на ее месте другие — в «нормальных» ЖК — и то зверел от ненависти, то наливался отчаянием. А когда почувствовал, что сам себя в руки точно не возьму, «сдался» Завадской. Благо, накануне вечером Ослепительные Красотки в кои-то веки ускакали к себе, и мы половину ночи занимались любовью:

— Мариш, мне приснился плохой сон. И все никак не забудется. Помоги, пожалуйста, выключить голову…

— Сейчас помогу… — пообещала она, дотянулась до панели управления автоматикой, намертво затемнила окна, поколдовала с освещением, замкнула на себя потолочные камеры, активировала какую-то программку и развернула вокруг кровати несколько картинок, демонстрирующих ее… хм… отдельными фрагментами. А затем перевернула меня на спину, потребовала смотреть во все глаза, забралась на меня и напрочь отпустила тормоза.

Ничего подобного мы никогда не вытворяли, поэтому я послушался — смотрел «во все глаза» то на нее, то на «картинки». И очень быстро потерялся в той, которая крупным планом демонстрировала взгляд, полный воистину безумного желания. Потом на это желание наслоились безумные ощущения, и у меня сорвало крышу. Да так, что я перестал удерживать себя у «грани невозвращения». А это, в свою очередь, почему-то свело с ума Кару. И она превратила занятие любовью в какую-то феерию буйной страсти — мы в кои-то веки не отдавали, а брали. В режиме «Без руля и без ветрил». Но нам нравилось. Хотя нет, не так: две половины одного желания безостановочно «резонировали» и возносили на такие пики удовольствия, о существовании которых мы даже не подозревали. А на последнем заставили выплеснуть все силы без остатка. Так что я, вернувшись в реальность, услышал два хриплых дыхания и стук своего сердца, пытавшегося проломить грудную клетку, еле-еле приоткрыл один глаз, уставился в совершенно счастливые глаза Марины, облизал пересохшие губы и благодарно качнул ресницами, ибо говорить был не в состоянии.

« Всегда пожалуйста…» — написала Завадская в общий канал, вероятнее всего, поленившись ворочать языком. И у меня снова помутилось в голове. От всего того, что ощущалось за словом, выделенным жирным шрифтом.

Будь у меня силы, снова сорвался бы во все тяжкие. А так заставил себя зашевелить пальцами и набрал несколько коротеньких фраз:

«Ты — волшебница. Огромное спасибо. С меня причитается. И… надо остановить девчат…»

« Твоя… Не за что… Ура!!! Уже…» — в том же стиле ответила она, на несколько мгновений ушла в себя, а затем познакомила меня еще с одной стаей своих тараканов: — «Если честно, то я написала эту программку достаточно давно, но боялась, что тебе не понравится. А сейчас понимаю, что надо было выкорчевывать и этот страх…»

— Надеюсь, что его уже нет? — «грозно» спросил я, получил ожидаемый ответ, почувствовал, что начинаю приходить в себя, и благодарно поцеловал ее в плечо. Потом заказал Фениксу две бутылочки холодной воды, подождал прихода дроида и напоил свою спасительницу. А минут через десять помог ей встать, отвел в ванную, помыл и… самую чуточку охамел — написал девчатам, что мы страшно проголодались, и попросил нас покормить.

Но они сочли это нормальным, поэтому вытребовали нас на кухню уже через четверть часа. А после того, как поздоровались и выдали по порции рисовой каши на молоке, начали смешить:

— Мы все утро провисели в Сети…

— … читали отзывы о нашем вчерашнем веселье в аквапарке.

— На первом месте неофициального планетарного рейтинга — репортаж под названием «Четыре сломанные челюсти за семь десятых секунды — рекорд Белогорья, Империи или, все-таки, всей Вселенной?»

— … а на втором — видосик «Трагедия тысячелетия: спутницы Йенсена в упор не видят никого, кроме него. И как теперь с этим жить?»

— Что, авторы злоязыкие? — полюбопытствовала Марина, оценив «накал страстей».