Женский голос. Не Лера, у неё голос мягче. Не Маша, она бы уже ушла после первого стука.
Встаю, подхожу к двери, заглядываю в глазок.
На пороге стоит Полина. Настоящая Полина. В джинсах и свитере, с решительным выражением лица, которого я у неё никогда не видел.
Чёрт побери. Чего она забыла в моей квартире в половине одиннадцатого вечера?
Открываю дверь, но не снимаю цепочку.
— Что тебе нужно?
Она смотрит на меня через щель, и в её синих глазах что-то твёрдое, непривычное.
— Нам нужно поговорить.
— Не о чем говорить.
— Есть о чём. — Она упирается ладонью в дверь. — И я не уйду, пока мы не поговорим. Можешь не открывать — буду стоять здесь всю ночь. Твои соседи рано или поздно вызовут полицию.
Смотрю на неё внимательнее. Полина. Тихая, мягкая, уступчивая. Сейчас она выглядит как человек, готовый снести дверь, если понадобится.
— Полина, серьёзно, не лучшее время…
— Лучшего не будет. — Она не отводит взгляд. — Артём, это важно. Очень важно.
В её голосе нет привычных извинений и неуверенности. Есть что-то другое. Что-то, что заставляет меня снять цепочку и открыть дверь.
Глава 25
АРТЁМ
Полина проходит мимо меня в квартиру, будто я её туда пригласил. Оглядывается по сторонам: пустые бутылки, разбросанная одежда, засохшие тарелки.
— Боже, Артём, ты что, не выходил отсюда несколько дней?
— Не твоё дело. — Захлопываю дверь. — Говори, чего пришла, и проваливай.
Она поворачивается ко мне, и я вижу в её глазах… решимость? У Полины?
— Я пришла рассказать тебе правду. Всю правду.
— Какую ещё правду? — Скрещиваю руки на груди. — Что, есть подробности, которые вы со своей подругой забыли упомянуть?
— Карина ничего не знает о том, что я здесь. — Полина садится на край дивана, не дожидаясь приглашения. — И да, есть вещи, которые ты не понимаешь.
Остаюсь стоять. Не собираюсь превращать это в уютную беседу.
— Слушаю.
— Профиль на сайте знакомств изначально создавался для меня. — Голос у неё твёрдый, без привычных извинительных интонаций. — У меня были проблемы с мужчинами. Серьёзные проблемы. Карина хотела мне помочь.
— Ага. И решила поиграть в куклы с чужими чувствами.
— Не перебивай. — Резкость в её тоне заставляет меня замолчать. — Карина регистрировалась от моего имени, потому что я была слишком забитой, чтобы сделать это сама. Она писала анкету. Я должна была только появляться на свиданиях.
— Трогательно. А причём здесь я?
Полина встаёт, подходит ближе. В её движениях нет прежней робости.