Как он мог…
Никогда не думала, что разочаруюсь в муже. Для меня Виктор всегда был образцом мужественности, силы и верности. Рядом с ним я чувствовала себя, как за каменной стеной… А сейчас этот образ рассыпался, разбился на миллионы крохотных кусочков, и по-новой его уже не собрать никогда.
Что же… Если в самый сложный момент моей жизни он решил, что приемлемо иметь кого-то на стороне, пусть к ней и катится.
Я не собираюсь удерживать этого мерзавца около себя. И слушать его мольбы о прощении, если такие будут, тоже не стану.
Хватит.
Я слишком долго страдала, слишком долго мучилась! Больше я себе такой “роскоши” позволить не могу – у меня скоро будет ребёнок.
Ребёнок, о котором Виктор не узнает. Ведь у него уже есть новая беременная пассия, которая очень переживает из-за того, что Виктор может остаться с никудышной и бесплодной женой.
Нет… Такой отец моему ребёнку не нужен. Воспитаю сама. Сама подниму на ноги и со всем справлюсь сама. У меня хорошая профессия, есть квартира, подаренная мне моими родителями…
Я не пропаду.
Осмыслив тот факт, что совсем скоро ко мне вернётся моя девичья фамилия, принимаю вертикальное положение. Ноги ватные и не хотят слушаться меня, но я решительно поднимаюсь и подхожу к двери.
Соберу вещи, пока он на работе. Тихо уеду в свою небольшую, но уютную квартиру. Семеню работу, займусь собой и…
Буду жить дальше, не смотря ни на что…
Спускаясь по массивной лестнице с чердака на первый этаж, я настолько погружаюсь в свои мысли, что не сразу замечаю туфли, стоящие в коридоре.
Мгновенно настораживаюсь, всё тело напрягается. Это не моя обувь…
В квартиру кто-то проник? От паники моё сердце начинает бешено стучать в груди, вот-вот норовя выпрыгнуть из неё.
На всякий случай беру зонтик, висящий на крючке, чтобы в случае чего суметь хоть как-то защититься.
Тихо и осторожно захожу на кухню и вижу, что там сидит какая-то женщина, и по-хозяйски заваривает чай.
– Какого… – срывается с моих губ.
Незнакомка резко оборачивается. На секунду я погружаюсь в замешательство, ведь я точно помню её лицо. Только не могу понять, где я его видела…
– Надо же, – хищно оскаливается женщина, одетая в ярко-красное платье, – проснулась, наконец.
– Кто вы и что делаете в моём доме? – цежу я сквозь плотно сжатые зубы.
– Ох… Жаль, что Виктор нас друг другу ещё не успел представить… Он ведь так занят работой. Ты присаживайся, Стеш. Я заварила чай.
Оцепенев от злости и непонимания происходящего, медленно прохожу в центр кухни, не сводя при этом взгляда с этой женщины.
Командует на моей кухне, словно хозяйка здесь не я, а…
Чёрт.
Внезапно меня пронзает страшное, ужасающее осознание.
Неужели это она? Неужели Виктор настолько обезумел, что дал своей подстилке ключи от нашего дома?!
– Так это ты, – горько усмехаюсь я.
– Долго же до тебя доходило, – язвит женщина. – Я пришла поговорить.
– Надо же. А Виктор знает, что в дом, где спит его жена, забираются все, кому не попадя? Так ведь и заявление в полицию написать можно. За незаконное проникновение в частную собственность.