Вот же…
Это опять он?
— Это снова Буцефал. — подтвердила догадку подруга.
— Читай. — строго велела я, пытаясь скрыть внезапно возникшее волнение.
— Хорошо, радость моя. Тогда я напишу Пелагее, — и тут же воскликнула: — Ну уж нет!
У Мартоция определенно имелась какая-то тайная связь с моим внутренним миром, потому что от одной мысли о том, как Пелагея будет потом часами рассказывать всем, как она ходила на закрытую встречу в Меланхолию с Антоном Георгиевичем, у меня начинал дергаться глаз.
— Тетя Рада, тетя Марта, вы там долго? — послышался голос племянницы.
— Сейчас идем, Вилка! — крикнула я в ответ.
— Я скажу ему, что ты поедешь! — непреклонно заявила Марта и, не дав мне и рта раскрыть, перешла на шёпот: — Я сглупила, не сразу поняв, что ты не можешь поехать из-за Виолки. Но если ты мне доверяешь, я с радостью останусь с ней, пока ты не вернёшься. И вовремя уложу ее спать.
Да, я ей доверяю, наверное, больше, чем себе.
Своим подругам я смело могу доверить собственную жизнь, поэтому не боюсь оставлять ребёнка с Мартой. Тем более, если спросить у наших общих знакомых, кто из нас более ответственная, то голоса будут не в мою пользу.
— Я так не могу…
— Почему? Все же не доверяешь, да? Я понимаю, но...
— Конечно, я тебе доверяю! Но мне неудобно оставлять тебя с племянницей, а самой уходить. И Вилка тоже обидится. — призналась я.
— Не говори ерунды. Мы с ней отлично проведем время! — широко улыбнулась подруга, что-то быстро печатая. — Значит, договорились, ты едешь.
— Марта, что ты там печатаешь?
— Всего лишь сообщаю Буцефалу, что смогла изменить планы, так как осознала, насколько важен для работы поход в Меланхолию, — ответила она с лукавой улыбкой.
— Он поймет, что это не я писала.
— Не поймёт, — в глазах подруги горел озорной огонёк, но даже в такие моменты ей удавалось оставаться невыносимо милой.
Вот как ей удаётся всегда быть такой хорошей?
— Спасибо тебе огромное, Марточка. Буду должна.
— Ты мне ничего не должна, — улыбнулась она, а я бы на ее месте накатала целый список.Возможно, страницы на две-три.— Иди лучше одевайся. У тебя всего час на сборы. А зная тебя, это невероятно мало.
— Ты лучшая, — чмокнула её в щёку и побежала объясняться с племяшкой. Вдруг она не согласится остаться с Мартой? Этот вариант тоже нельзя было не учитывать. От Вилкиного ответа очень многое зависело.
В спину прилетело:
— А вот про «лучшую» я бы не прочь услышать в нашем чатике.
— Будет сделано в лучшем виде, — заверила я ее в ответ.
Как оказалось, Вилка даже не думала устраивать мне истерики или обижаться. Ее вполне устраивал вариант остаться с тетей Мартой. Меня даже кольнула небольшая ревность. Очень недостойная, знаю.Но мне сразу же стало стыдно!
Получив согласие ребенка, я побежала к шкафу. Достала струящееся платье из шелка чуть ниже колен. Предвкушение пузырилось внутри, как шампанское. У меня будто появились крылья за спиной.
А еще через пятнадцать минут выяснилось, что в Азии косметику клепают на славу, потому что усы совершенно не желали исчезать с моего лица.