— И не собиралась… — подытожил Незлобин. — И на кого меня Викочка оставила, в тебе же ценного веса меньше, чем в березе хрупкой.
Про березы я смутно понимала. Но все-таки подобное сравнение меня возмутило.
— При чем тут деревья?
— Ты права, ни при чем. Они хоть и деревянные, а все-таки полезные, а ты…
— Что я? — подтянула колени к себе, закрывшись, как щитом, от кота.
— Глупая. Выгоды своей не видишь.
— Почему это сразу глупая?
И тут Незлобин перестал басить и снова замяукал. Может, мне все это привиделось?
Нет. Не привиделось…
Кот так и сидел в углу, сверкая на меня своими светящимися глазищами, но хотя бы молчал и не набредал. Уже хорошо.
Я не стала терять времени. Снова игнорируя Незлобина, прошла мимо. Достала веник, совок. И приступила к уборке.
Количество осколков на полу удручало. Затем придется пылесосить. Запускать повторно робота-пылесоса, а затем проходить паровой шваброй…
А что? Я личность утонченная, а физически совсем хрупкая. Еще наступлю на осколок стопой, крови будет много, а главное — мой белоснежный ламинат этого не выдержит.
Если бы я знала, что ожидало меня впереди, то никогда бы не занималась подобной ерундой, как уборка, но я же личность ранимая, с чертами перфекциониста. Мой дом должен был излучать не просто чистоту, а кристальную, поэтому я с особым рвением приступила к вычищению грязи с мест стыка ламинатных досок.
Кот продолжал молчать…
А что, если меня посетили глюки, те самые, которые случаются с некоторыми в период весеннего обострения?
На этой мысли я постаралась зафиксироваться, не прекращая мести веником строго слева направо.
— Правильная?! — мурлыкнул в спину Незлобин. — Скучная. Поэтому, мур, в девках и сидишь!
Я бросила веник.
Нет. Не привиделось. Кот явно был говорящим и не затыкающимся.
— Кормить в этом убогом жилище собираются или нет? — Незлобин вытянул правую переднюю лапу и стал вылизывать ее языком.
Я поморщилась. Это же сколько грязи и бактерий осело у него на языке? И что, вот с этим еще и целоваться по-дружески?
Поморщилась. Не зря я после Валькиной квартиры руки антисептиком по три раза прохожу. У нее кошки. Три. И со всеми она любит вот такие целовашки чуть ли не в десна. А шерсти сколько…
«Спасибо, Виктория Рудольфовна, вы там не скучаете без своей животинки? А то, может, прибрали бы его к себе?»
— Дурные мысли еще никого до добра не доводили, — мяукнул рыжий недруг, а затем сменил лапу.
Фу. Надеюсь, это чудовище не начнет вылизывать себя целиком у меня на глазах в особо стратегических местах. Представила. Ужаснулась.
Не приведи…
— Дурная и недалекая, — отвесил комплимент Незлобин. — А еще пошлячка…
— Я?! — вскинулась и часто задышала.
Спокойствием здесь и не пахло. Я чувствовала, как кровь бурлящим потоком побежала по сосудам, распыляя меня до состояния озлобленности и настоящей агрессии.