— Чёрт. Что ж, ладно. Тогда удачи вам в новом мире.
— Не тревожьтесь, скоро всё закончится, и каждый из вас кто обладает телом обретёт новый дом в реальном мире. Все получат шанс начать сначала. Ждать осталось недолго.
— А ты кто вообще такой? — На этот вопрос я не стал отвечать, просто разорвав соединение и покидая игру.
По пути в ту самую комнату, где впервые оказались в этом мире, я, применив магию, собрал все нейрокапсулы, что встретил на пути. Все компьютеры, сервера. Всё, до чего смог дотянуться, даже на склад заглянул, выгребая всё подчистую. Только затем раскрыл портал. Мы без колебаний шагнули в мерцающий вихрь и очутились в Кероне. К нашему изумлению, Сильвия стояла у древнего обелиска, запертая за магическим барьером, что возвёл архимаг. Я предполагал, что она, возможно, окажется в ином месте, и готовился к долгим поискам.
Вновь распустив защитные чары, я активировал резные руны на камне и отправил обелиск в ту же реальность, куда ранее переместил миры, достигшие технологического совершенства. На месте исчезнувшего монумента осталась одна алая стрелка. Подняв её, я замер в ожидании, что вот-вот появится «Стрелок». Но напрасно. Тишина. Что ж, мы не из гордых — раз гость не идёт к нам, мы сами нанесём визит.
Едва я открыл портал в столицу снежных эльфов, как нас охватило тревожное предчувствие. Если прежде этот край встречал нас сдержанным спокойствием, то теперь сам воздух звенел от напряжённости.
В тот же миг рядом разверзлось око портала, из которого возник Нивель с готовым для удара заклинанием. Увидев, что перед ним не тёмные прислужники, он опустил руку и молча указал нам следовать за собой.
Его жилище оказалось настоящим дворцом из резного льда и белоснежного дерева. Проведя нас через анфиладу залов, он привёл в уютную гостиную. Всё это время Лирель не отпускала руку Сильвии, которая с трудом верила в реальность происходящего. Девушка дрожала в своём лёгком зелёном одеянии, ведь её собственные вещи из перенесённой сумки оказались недоступны. Пришлось одолжить ей свой тулуп. Они удалились и вернулись спустя полчаса, уже облачённая в наряд, сотканный по местным канонам. Лишь тогда мы смогли приступить к долгожданной беседе.
— А вы не спешили, господин Кайлос.
— В смысле? Сколько прошло времени с нашего отсутствия?
— Два года, — сообщил он, а мы все стали переглядываться. — Такого раньше не было. Что произошло в мире за время нашего отсутствия?
— В Кероне грянула война, — начал он, и в голосе его слышалась усталая горечь. — Всё случилось, как ты и предрекал. Но победителя в этой битве не оказалось.
Некроманты, как ты и говорил, все эти годы готовились. И если бы мы не держали ухо востро, они бы ныне праздновали победу. Из потерь… Королевство Морских Глубин стёрто с лица земли, точнее дна моря, но не суть. Дракосы более не выходят со своего острова, отгородившись от всего мира. Все их сородичи, по велению короля, вернулись на родные земли. Гномье царство погрузилось в пучину междоусобиц — некроманты едва не захватили власть, и только усилия Балмора помогли им устоять.
Ничейные земли отравлены скверной, и твари, что обитали там, ныне обратились в послушных некромантам чудовищ.
Наши города в горах беспрестанно атакуют костяные драконы. Только вчера двоих удалось низвергнуть. Империя Тысячи Серебряных Озёр пала — посредством диверсии прислужников Малкадора были отравлены их воды, и все феи обратились в его марионеток. Орки сражаются отчаянно, так как армии фей постоянно атакуют их земли. У народа фей же почти 90% магов. Вот оркам и несладко приходится, но благо свои земли они ещё держат. Леса Лунного Света… — Нивель умолк, заметив, как Лирель замерла, перестав дышать. — Эльфы устояли, но твой лес, Лирель, сильно пострадал.
— Насколько? — голос её прозвучал едва слышно.
— Это… тебе лучше увидеть самой.
Меньше всех пострадали Империя Феникса и Королевство Пылающих Песков. Каэл Восходящий успел выкорчевать всех лазутчиков Малкадора, а пустыню защитили джинны. Кстати, о них… Джинны предъявили счёт королю, и тому пришлось закупать кофе и яства в твоём ресторане. Так что ты теперь весьма состоятелен, — я позволил себе лёгкую улыбку.
— А Магический Совет? — спросил я, сжимая кулаки. — Неужели ничего не смогли предпринять?
— Была битва. Земли к северу от Империи Феникса ныне непригодны для жизни. От Совета остались только четверо. Остальные пали в бою.
— Неужели король некромантов столь могуществен?
— У него великая армия: жители морских глубин, феи, Братство Абсолюта, Безмолвные Клинки, жители Звёздной Неба и иные малые народы. Эта тварь не убивала магов — он обращал их в марионеток. Представь: против одного архимагистра — сотня архимагов, а их у него куда больше. Поверь, этого достаточно, чтобы сокрушить любого из нас, — он горько усмехнулся, затем внимательно посмотрел на меня. — Я-то думал, ты скажешь: «Кроме меня». Рад, что ошибся.
— Я смертен, Нивель, как и все мы, — тихо ответил я.
— Верно. Ты и сам понимаешь — таких сил хватило бы, чтобы отправить на тот свет и всё собрание Совета. Да и сам он невероятно могуществен. Вдобавок его окружают три лича, чья сила сравнима с мощью архимагистра. В общем, скверный тип оказался крепким орешком. Пока сохраняется шаткое равновесие: мы не можем уничтожить его, а он — нас. Все ждали твоего возвращения.
— Как поживает моя семья? — спросил я спокойным голосом, а внутри бушевала буря.
— Все живы и невредимы. Твоя предусмотрительность сослужила тебе добрую службу. Его приспешники предприняли семнадцать атак на твои владения — и все безрезультатно. Снежные грифоны, храм Мораны, твоя армия наёмников, увешанная артефактами, словно новогодние ели в твоём ресторане… К тому же все они были усилены магией башни. У нападавших не было ни единого шанса. Когда же в последний раз некроманты наслали стаю драконов, король грифонов лично явился и разорвал их в клочья. В тот день твой Санчес так напился на радостях…
— Почему? А, понимаю… Материалы для артефактов из них получаются превосходного качества.
— Мы, к слову, с Нифейном сдружились, и он был не прочь отпустить своего отпрыска поселиться по соседству с нами, — проговорил архимаг, а сам при этом наблюдал за моей реакцией.
Огромный камень с плеч свалился и разбился в прах.
— Рад это слышать. А ресторан? Мои люди?