Последние годы были неблагосклонны к главе рода: враги усиливали позиции, в то время как его собственное влияние таяло, словно весенний снег.
Каменикус усмехнулся:
— Тот сопляк — личный ученик Торгуса Ворхельма. Но главное не это.
Он сделал эффектную паузу, наблюдая, как напряглись все присутствующие.
— В свои десять лет он убил мастера воды Томикуса.
В зале повисло гнетущее молчание.
— Отличный, кстати, мужик был, — добавил старший сын, насмешливо поднимая бокал в мнимом тосте. — Так вот вопрос: как он в том возрасте смог одолеть мага ранга мастера? Притом, что его нынешний уровень наверняка выше.
— Не может быть. Он слабак, — влез Агатис. — У него двойка на груди. Явно недавно получил адепта. Скорее всего, это не он.
Демиус задумался, пальцы нервно барабанили по столу.
— Понятно, — наконец произнёс он. — Вот что сделаем.
Его голос приобрёл привычные властные нотки:
— Ты, Каменикус, завтра отправишься с братом на встречу с этим... Если это тот, о ком ты говоришь… — Патриарх сделал многозначительную паузу, — тогда будем решать. А ты, сынок, передай Майлсу, чтобы завтра явился ко мне.
Когда слуги начали подавать следующие блюда, Демиус пробормотал себе под нос:
— Может, ещё не всё потеряно…
Но напряжение за столом так и не рассеялось, вися в воздухе, словно предгрозовая тишина.
Глава 7
Кто ты? Трус или боец?
За завтраком я рассказал о пополнении. О том, что ко мне присоединился род Лавий. Народ поначалу обрадовался, а потом уже до них дошло, что не всё так радужно. Я их подбодрил как мог, а после потопал в академию. Сегодня начнутся первые уроки, и начнутся они с урока Вортиса. Кто бы сомневался.
Ещё на подходе я почувствовал что-то неладное. На мостовой стояли двое и кидали камни в воду. Причём я сразу догадался, кто это. Первый — Агатис, а второй — его старший брат Каменикус.
— Вы что тут трётесь, и когда я увижу своё золото? — начал я сразу с наезда. С такими, как они, по-другому никак. Стоит хоть в одном слове дать слабину, и всё. Будут давить до последнего.
— А ты всё такой же наглый, — развернулся ко мне Каменикус. Его лицо, кроме презрения, ничего не выражало.
— А ты радуйся, что можешь стоять тут. Если бы не Торгус, я бы тебя ещё в Прибрежном кончил за крысятничество.
На самом деле я не хотел его убивать, да и в мыслях такого не было. Но пусть думает иначе.
— Язык у тебя… Не боишься, что вызову на дуэль?
— Ты меня? — я весело усмехнулся. — Не смеши мои тапочки. Ты сбежал из города, поджав хвост. Если бы не дружба вашего отца с Громовержцем, кончил тебя, как крысу, что ворует сыр. А вообще знаешь, давай. Только сделаем ставку. Ну, например, — я задумчиво постучал указательным пальцем по подбородку, — как насчет пяти тысяч золотых? Потянешь? Успел уже наворовать?
— Да я тебя… — дёрнулся Агатис, но был остановлен.
— Не ведись, брат, и возьми себя в руки.
— А ты давай свой номер, я отправлю деньги, — сказал старший нейтральным тоном.
И да, буквально через несколько минут деньги упали на счёт.
— Надеюсь, ты понимаешь, что мы этого так не оставим. Твой единственный шанс — вернуть нам род Лавий и свалить из столицы.
— Послушай, Каменикус, — я сократил расстояние между нами в один стремительный шаг, возвышаясь над ним, словно грозовая туча над жалким кустарником. Голос мой прозвучал тише зимнего ветра, но каждое слово падало, как закалённый клинок.