Связал энергетические нити. Осторожно, не спеша. Точечно. Подпитывал каждую связь до тех пор, пока не увидел, как они начали срастаться. Теперь рия была вне опасности. Запеленав в камзол, бережно поднял её с земли. Млел от ровного стука её сердца — всё никак не мог наслушаться.
Нёс её к замку и не понимал: как она сбежала от подлого Варграна? А главное — как продержалась так долго на ногах?
Коридоры встретили нас тишиной — той тяжёлой, выжженной ночной усталостью, что остаётся после бурь. Навстречу изредка попадались гарды — молчаливо склоняли головы, избегая шуметь, словно боялись потревожить покой рии.
Донёс до спальни, уложил её на постель. Беспощадно стянул с неё мокрое платье. Снял нижнее платье — и замер. Ослеп при виде неё.
Я видал всякое, когда исцелял воинов после боя. Воевать с игмархами и мертвяками — это не венки плести. А тут… Багровые синяки выглядели кощунством на нежной коже. Рана на боку смотрелась особенно страшно — будто грубая реальность вонзилась в тело, сотканное из туманного шёлка.
Внутри всё сжалось. Защемило в груди от этой пораненной хрустальной красоты.
Моя вина, что не уберёг.
Глухо зарычал, разозлившись на себя же. Целитель клятый… Лечи давай, а не терзайся!
Я с трудом сконцентрировался. Промыл рану, помазал осторожно мазью. Прислушался к результату и остался доволен. Теперь рия быстро исцелится, в этом я не сомневался. С такой-то волей к жизни…
Прикрыв одеялом, погладил по влажным, мягким волосам.
Жемчужинка моя. Такая же нежная, утончённая, красивая… Нет, в тысячи раз красивее.
В ответ на моё прикосновение дрогнули длинные ресницы, но глаза не открылись.
— Мальчик… — сорвался шёпот с её губ. — Надо найти.
Снова погладил по голове:
— Надо отдохнуть. А с мальчиком потом разберемся.
Рия вздохнула и тревожно дёрнулась, будто силясь проснуться. Словно даже во сне боролась за что-то и никак не могла успокоиться.
За дверью меня ждали дела, но как я рию оставлю? Сначала предстояло решить вопрос с безопасностью. Я велел одному из стражей, стоящих у двери, позвать ко мне главного мага. Старый Мегдан служил мне много лет верой и правдой. Хотелось надеяться, его опыта хватит, чтобы решить мой вопрос.
Вскоре старик почтительно склонился на пороге. Темную радужку глаз окружали покрасневшие белки и воспалённые веки. На лбу выделялся свежий шрам. Он был в зале, когда налетели сиарии, и сражался наравне с нашими воинами. А перед этим... сколько ночей он не досыпал, выполняя мои просьбы?
— Мой тиарх. Чем могу служить?
— У тебя получилось?
— Увы. Артефакт срочного вызова и поныне — слышит только кровь гардов и драгархов. Но я не оставил этой работы. Добьюсь того, что и кровь рии артефакт услышит.
— Работай быстрее, Мегдан. Если тебе нужны ещё помощники или золото, скажи.
— Благодарю, мой тиарх. Ты и так наполняешь мои руки щедрее, чем многие до тебя. Я послал смышлёного мага в Облачный Тиархат — может, тамошние мудрецы раскроют свою тайну. Они, конечно, жадноваты на знания, но надежда есть.
— Хорошо. Как только узнаешь их ответ, сообщи… Теперь о другом. Ты говорил, отслеживающий амулет можно надеть только тому, с кем есть кровная связь.
— Всё так. На родича или на жену магия амулета легла бы без разговоров… а вот на чужанскую деву — не ляжет. Магия чужой крови его не принимает.
— Сегодня ситуация изменилось. Я спас ей жизнь, и она стала моей лайрой — кровной должницей. Думаю, это та кровная связь, которой раньше нам не хватало.
— Хм… — старик задумчиво провёл ладонью по бороде. — Так-то оно так. Долг лайры — штука цепкая. Он и через поколения переходит. Может быть он и станет той самой связью… а может и нет. Никто ещё не пытался привязать амулет к лайре.
— Значит, мы будем первыми.
— Как скажешь, мой тиарх. Попробую. Но для изготовления амулета потребуется время.
— Сколько?