Моей шеи неожиданно касаются чьи-то пальцы. А потом… о боже. К обнажённому плечу прижимаются нежные губы. Проводят дорожку по самому чувствительному месту.
Я замираю, забыв как дышать.
− Не обижайся, маленькая, − слышу тихое возле уха. − Нам прос-с-сто… тяжело видеть эти следы твоих с-с-страданий. Давай, мы тебя уложим и запустим капс-с-сулу. Немного поспиш-ш-шь в ней и всё пройдёт.
Это какой-то гипноз. Ласковый шёпот укутывает меня в бархатную нежность, убаюкивает. И я даже не замечаю, как позволяю невидимому мужчине снова поднять меня на руки. А когда он опускает обратно, подо мной уже нет пледа. Лишь гладкая прохладная поверхность.
− Ложис-с-сь вот так, − меня укладывают и помогают выпрямить ноги. Даже расправляют юбку платья. – Сейчас не бойся. Капсула закроется, и ты уснёш-ш-шь. А когда проснёш-ш-шься, мы будем рядом.
Только теперь до меня доходит в полной мере, на какое безрассудство я согласилась. Не зная ничего, не видя, просто взяла и позволила каким-то странным незнакомцам засунуть меня в какой-то свой странный прибор. Откуда во мне вообще взялось это непонятное доверие к ним? Может, они вообще какие-то маньяки? Может, насильники, или извращенцы, или на органы меня сейчас порежут, или… этих "или" так безумно много.
Мгновенная паника накрывает меня с головой, заставляя беспомощно дёрнуться из мужских рук.
− Послушайте, я… наверное, не надо, − пытаюсь подняться, вырваться.
Но моё лицо тут же оказывается в плену больших ладоней. Ко мне склоняется чьё-то лицо. Мне кажется, или он действительно темнокожий? А волосы… белые?
Даже через пелену моей почти слепоты я ощущаю, что он смотрит мне в глаза. И это почему-то кажется таким знакомым.
− Не бойся, Ж-шеня. Ты ведь уже с-с-согласилась. Рас-с-слабься, крошка. И всё будет хорош-ш-шо.
− Обещаешь? – всхлипываю жалобно.
− Обеш-ш-щаю.
Судорожно вздохнув, я снова ложусь. Морщусь от соприкосновения изувеченной кожи с прохладной поверхностью. И вдруг чувствую на губах чей-то лёгкий поцелуй.
− С-с-спи, маленькая.
И реальность просто исчезает.
Глава 7
Пробуждение получается таким же неожиданным, как и погружение в сон. Я просто в какой-то момент открываю глаза и осознаю, что лежу непонятно где. Взгляд упирается в прозрачную крышку с бегающими на ней светящимися символами на неизвестном языке.
И только спустя пару минут до меня доходит, что я ВИЖУ. Чётко вижу всё, что есть вокруг меня. Невзирая на эту самую крышку. И даже вопреки полумраку, царящему в помещении за её пределами.
Это настолько ошеломляет, что я едва могу сделать вдох. Голова слегка кружится от переизбытка эмоций. Дрожащая рука взметается к светящимся строчкам, а по щекам внезапно начинают катиться слёзы.
О боже. Надеюсь, что это не сон.
И тут на крышку сверху внезапно грохается что-то огромное, жёлтое, кажется, с сегментированым туловищем и с крыльями, которые облепляют… капсулу… да, капсулу. Так её называли мои похитители… или спасители.
Завизжав от испуга, я закрываю голову руками, пытаясь свернуться в клубочек. Молясь всем богам, чтобы эта гигантская бабочка не проломилась ко мне.
И тут же слышу разъярённое шипение и насколько резких фраз на незнакомом языке.
− Ур-р-р-р, − доносится до меня глухое… обиженное ворчание.
И, когда я осторожно выглядываю из-под локтя, вижу, как эта неведомую тварюшку убирают две большие руки. Темнокожие. Или точнее даже какие-то серые со стальным оттенком.
А потом над капсулой склоняется… тёмный эльф. Вот реально, будто настоящий дроу. Стального цвета кожа и белые волосы. Даже удлинённые уши имеются. Улыбнувшись… клыкасто, он принимается поспешно нажимать что-то у основания крышки. И спустя минуту та начинает плавно открываться.
− Доброе утро, Ж-шеня, − довольно щурится этот… экзотический экземпляр. С очень знакомым голосом. – Извини за Треш-ш-ша. Он тоже очень сос-с-с-скучился, рвался всё время посмотреть на тебя, вот я и не ус-с-следил.
Наверное, я очень смешно выгляжу с отвисшей челюстью и выпученными глазами, потому что мужчина умолкает, тоже рассматривая меня. Даже голову набок склоняет.
− Ты стала ещё крас-с-с-ивее, − сообщает неожиданно с чарующей улыбкой. Заставляя сердце взволнованно трепыхнуться.