— Да, — Жасмин кивает головой. — Мы знаем, какой ты бываешь.
— Что это значит?
— Что ты отстраняешься иногда от нас.
Не могу спорить с ней или злиться на то, что говорит Жасмин, потому что это правда. Я никогда не позволяла себе подходить слишком близко. Даже к ним. Хейвен и Жасмин были самыми близкими людьми.
— И твоя мама больна… — Хейвен продолжает. — Даже представить себе не могу, как это, должно быть, тяжело, — она гладит меня по спине. — Как вы с папой держитесь?
Жасмин опускает глаза на стол. Она не рассказала Хейвен, что с ним случилось. Я думаю, Хейвен всё равно нечасто смотрит новости. Если бы она смотрела, то не увидела бы ничего, кроме плохого о своем муже.
— Мой отец… — делаю глубокий вдох. — Мой отец скончался несколько недель назад.
За столом воцаряется тишина, и я опускаю голову, уставившись на свои руки, лежащие на коленях.
— Это был сердечный приступ. Это случилось в его офисе во время совещания, — сглатываю и рассказываю всё как есть. — Он всё оставил Джорджу, и тот шантажирует меня. Но Джордж должен Королям пятьсот тысяч долларов. И он предложил меня Титану в обмен на выплату своего долга.
Когда слова заканчиваются, меня встречает тишина. Но я не могу поднять на них глаза. Мне стыдно. Не знаю почему, ведь у нас с девочками никогда не было секретов друг от друга. И давайте посмотрим правде в глаза, мы все трое совершали глупости, когда дело касалось парней. Не знаю, почему сейчас должно быть по-другому.
Слышу, как скрипит виниловая подушка, когда Жасмин встает со своей стороны стола и подходит, чтобы сесть рядом со мной. Я придвигаюсь ближе к Хейвен, чтобы освободить для неё место. И тут я чувствую, как они обе обнимают меня.
Закрыв глаза, я чувствую, как по моей щеке стекает слеза.
Они мне как сестры. Только мы, всегда были друг у друга, и я так по ним скучала.
— Мне так жаль, — шепчет Жасмин, то ли притворяясь, что не знала, то ли она действительно искренна.
— Мне тоже, — Хейвен фыркает. — Мы должны были быть рядом с тобой…
Отстраняюсь от них обеих.
— Нет. Я должна была быть рядом с тобой, — говорю я Хейвен.
— Эй, — она улыбается. — Я в порядке. Обещаю. Не беспокойся обо мне. Но Жасмин… — она смотрит на неё. — Ей нужна помощь.
Смеюсь, вытирая слезу со щеки.
— Я в полном порядке. Спасибо, — отвечает Жасмин, вздергивая подбородок. — Эй, Найт. Предложение всё ещё в силе… — кричит Жасмин.
— Предложение?
— Да, я сказала ему, что трахну его страпоном.
— Чтооо?
— Потому что он гей, — она закатывает глаза.
— Нет, это не так, — возражаю я.
— Это так, но это нормально, я не делаю различий. Ты будешь выкрикивать моё имя всю ночь напролет.
— Он не говорит.
Он дал что-то вроде обета молчания ещё в колледже. Вот откуда у него прозвище Тихий Найт.
— Он перестанет быть таким, когда я с ним закончу, — Жасмин подмигивает.
Он игнорирует её.