— Да, — облизываю губы и слышу вибрирующий звук. — Что это…?
Что-то прижимается к моей киске, и моё тело выгибается дугой. Вскрикиваю, когда это ощущение щекочет мой клитор.
— О Боже… — начинаю задыхаться.
Моё тело борется с ограничениями. То, что несколько секунд назад казалось прохладным, теперь ощущается как уколы иголок.
— Тита… — кончаю ещё до того, как успеваю произнести его имя. Сильнее и быстрее, чем я когда-либо делала.
Ощущение внезапно пропадает, и моё тело оседает на стол.
— Ты в порядке?
Я вспотела, тяжело дышу, и каждый сантиметр моей кожи становится особенно чувствительным.
— Дааааа.
На этот раз я чувствую, как его пальцы раздвигают меня пошире, прежде чем он вводит в меня два пальца, снова прикладывая вибратор к моему клитору. Он трахает меня пальцами, и эта потрясающая игрушка выводит меня на совершенно новый уровень. Комната кружится. Мои глаза закрываются, и я дышу так тяжело, что мне кажется, будто у меня учащенное дыхание.
Я кончаю снова.
— Ты в порядке? — слышу его голос издалека.
— Да, — хриплю я.
Почему мой голос звучит хрипло? У меня болит горло. Моё тело снова напрягается. Я на новой волне. Не хочу, чтобы это останавливалось. Когда-либо. Я бы стала его сабмиссив, даже если бы для этого пришлось привязаться к столу. Его голос становится все тише и тише, но я всегда говорю «да». Я всегда хочу большего.
Выключив вибратор, кладу его на подставку рядом со столом. Я развязываю сначала её запястья, затем шею, бедра и лодыжки и поднимаю её обмякшее тело с чёрной кожи. Эмили безудержно дрожит в моих объятиях. Если бы только что не наблюдал, как она кончает шесть раз, я бы сказал, что у неё конвульсии. Она вся в поту, её глаза закрыты, и она тяжело дышит. Она продолжала говорить мне «да», до такой степени, что чуть не лишилась дара речи от всех этих криков, которые издавала.
Зайдя в ванную, сажаю её в большую ванну-джакузи, расположенную в центре большой комнаты, и включаю воду. Когда она достигает нужной мне температуры, быстро раздеваюсь, забираюсь к ней и прижимаю её спину к себе спереди. Я беру чашку, которая стоит рядом со мной, и наполняю её водой, прежде чем вылить ей на лицо.
Она стонет, и её голова склоняется набок. Проверяю её пульс, учащенный. Возможно, я слишком переусердствовал.
— Всё хорошо, — шепчет она, читая мои мысли. — Я могла бы… продолжать.
Фыркаю.
— Ты была на грани потери сознания.
— Оно того стоило, — Эмили одаривает меня слабой улыбкой.
Открыв глаза, она бесцельно оглядывает полутемную ванную, поднимает руку и обхватывает пальцами стальной крючок на внутренней стороне ванны.
— Странное место для крючка для полотенец, — размышляет она.
Я смеюсь.
— Это не для того, чтобы вешать полотенца.
— А для чего?
— Это для игр в воде.
Всё во Дворце создано для того, чтобы доминировать. Ничто не делается для удобства. Всё делается для тотального господства.
— Оу, — её глаза загораются. — Я хочу…