Пролог
Послышался настойчивый звонок в дверь.
— Ну, Дамир, сейчас ты у меня отхватишь!
Я подскакиваю с постели и несусь открывать дверь.
Мужа не было всю ночь. Я, конечно, в меру ревнивый человек, но сегодня я просто волновалась за него. Я звонила и писала — просто хотела знать, что всё в порядке. Обычно муж всегда предупреждал, если задерживался или уезжал. Он знает, как я могу сама себя накрутить. Но вчера вечером, ни слова не сказав, он просто исчез. Телефон не отключен, но он игнорирует меня. Я места себе не нахожу.
Открываю дверь, не глядя в глазок, уже готова наброситься на мужа в порыве праведного гнева, но на пороге стоит его тётя Залима. Вид у неё настолько скорбный, что мой гнев сразу пропадает. Боюсь, что с ним что-то случилось.
— Здравствуйте. Тётя Залима, что с ним? — с порога спрашиваю я.
— Я пройду? — мямлит тётя Залима.
— Конечно, — пропускаю женщину, а саму меня всю трясёт. Что с ним?
Она проходит, разувается и идёт на кухню, а я всё это время кручусь вокруг неё.
— Где он? Он жив?
Женщина кивает. Волна облегчения на секунду охватывает меня, но тут же накатывает новое волнение. Да ну, почему она так себя ведёт?
— Кофе сделаешь? — просит тётя Залима.
— Да, — жёстко отвечаю я, — но сначала скажите, что с ним. Он в больнице?
— Дамир жив и здоров, — говорит тётя Залима.
— Что же вы меня так пугаете? Звонила ему много раз, — говорю я, ставлю чашку под кофемашину. — Ну, вернётся — я ему устрою! Вот, вы знаете, почему он не мог просто предупредить? Сказал бы: «Меня не будет, я там-то и там-то».
Кофемашина урчит, запах ароматного напитка наполняет кухню. Беру чашку и ставлю перед женщиной.
— Об этом и хотела поговорить. Он был в отеле… с женщиной.
— В смысле? — не понимаю я. Она говорит какой-то бред.
Женщина берёт в руки чашку, дует на напиток, переводит взгляд на меня — смотрит, словно я дурочка.
— А какие смыслы есть? Ты же знаешь, я всегда к тебе хорошо относилась. Дамир просто не создан для жизни с одной женщиной — полностью пошёл в моего братца. Плюс он не говорил, но…
Я присаживаюсь на стул напротив неё, руки обессиленно падают на колени. Хмурю брови и просто не верю её словам. Она говорит о каком-то другом человеке. Дамир — безумно горячий, вспыльчивый (как и я), но он честный. Наш брак — это эмоциональные качели. Мы постоянно ссоримся — громко, бойко, словно боевые действия проводим, — и так же миримся. Но ни разу Дамир даже повода усомниться в себе не дал.
— Что «но»?
— Он скоро должен поехать на родину. Невеста там у него, — тётя Залима поджимает губы, мямлит. — Я сама недавно узнала.
Какая невеста? Что она несёт? Это больше похоже на фантазии. Может, тётя Залима с ума начинает сходить?
— А ничего, что я его жена? — громко спрашиваю я, начиная злиться на женщину.
— Ну, она там, ты тут. О тебе там все в курсе, и «ту сторону» всё устраивает. Невеста прекрасно знает, что будет второй женой.
Чего? Чего? Я что — мебель? Или аксессуар? В смысле «ту сторону всё устраивает»? А моя сторона без внимания осталась?
— А ничего, что меня не устраивает? — вспыхиваю я.
— Ты же понимаешь, что не должна была этого говорить? Меня Дамир убьёт, если узнает, что я тебе рассказала. Да и с родственниками будут проблемы. Просто ты хорошая девочка, и мне жаль тебя. Но это правда.