Чарльз положил руку ей на затылок.
— А она дерзкая, да? — спросил Хостин.
— Она устала. На сегодня с нее достаточно драмы, — сказал Чарльз. — С меня тоже.
Анна чувствовала, как между ними что-то изменилось. Что-то, что она пропустила, потому что Чарльз стоял позади нее, и она не могла его видеть. Но напряжение ушло.
— Сейчас будет драма? — спросил Чарльз.
Хостин потер лицо обеими руками.
— Черт возьми, Чарльз, здесь всегда происходит какая-то драма. Если думаешь, что волчьи стаи любят драмы, тебе стоит поработать в конюшне некоторое время. — Он посмотрел на Анну. — Мне не по себе из-за тебя. Но это моя проблема. Я никогда раньше не встречал истинную омегу. И не понимал, что это значит. Я не люблю выглядеть как дурак. Мой отец был пьяницей, и я поклялся никогда не быть таким, как он.
Хостин был не первым оборотнем, который переживал из-за того, что сделала с ним омега. Анна сомневалась, что он будет последним. Он вел себя любезно, так что она могла ответить тем же.
— Я понимаю, — заверила она. — Мне сказали, что на доминирующих волков моя сила влияет сильнее. И если честно, то я сделала это не нарочно. Я не знала, что могу так на кого-то повлиять. Если бы знала, то предупредила бы тебя. — Она бы извинилась раньше, но он не дал ей такой возможности.
Из-за изменения Анна сильно проголодалась.
— Я чувствую запах еды. На кухне что-нибудь осталось?
Хостин улыбнулся и поклонился ей. В этом поклоне она видела того, кто тренировался в боевых искусствах.
— Я думаю, они вам кое-что оставили, — сказал он с озорной улыбкой. — Мы могли бы пойти посмотреть.
Челси вышла из своей комнаты, чтобы поужинать с ними, и получился поздний ужин на четверых. Кейдж работал в конюшнях со всеми тремя детьми. В тот вечер они отвели нескольких лошадей на выставочный манеж и планировали отвести еще парочку утром. Мэгги и Джозеф поужинали в комнате Джозефа днем. Эрнестина отдыхала в своей комнате.
Услышав, что они нашли Аметист и, вероятно, фейри, ответственного за все последние неприятности, Челси слегка улыбнулась.
— Это хорошо, — тихо произнесла она.
Анна беспокоилась, что она ведет себя слишком тихо, словно это затишье перед бурей.
Бран разработал метод, который помогал свести к минимуму проблемы, связанные с изменением. Люди, которые хотели стать оборотнями, подавали прошение марроку. Они заполняли анкеты, собирали отзывы от знакомых оборотней и писали эссе о том, почему хотят стать оборотнями. Тех, у кого имелись достаточно веские причины и устойчивая психика (хотя Анна утверждала, что любой, кто добровольно хочет стать оборотнем, точно должен считаться психом) соглашались изменить.
Всех изменяли в одно и то же время каждый год, и это была целая церемония, чтобы отсеять плохие семена и слабовольных людей, которые не пережили бы изменение.
Бран хотел повысить выживаемость оборотней. И это сработало. По мнению Брана у тех, кто согласился на изменение добровольно, больше шансов на выживание, чем у тех, кого обратили случайно или в результате нападения.
Люди знали, чего ожидать и чего это стоит, и понимали, во что ввязываются. Но таким как Анна и Челси пришлось на ходу приспосабливаться к жизни в качестве оборотней. У Челси, похоже, проблемы с адаптацией. Может, Анна могла бы ей помочь.
Она откусила кусочек очень вкусной лазаньи и постаралась говорить непринужденным тоном:
— Я пыталась мягко сказать парню, что решила больше не ходить с ним на свидания, когда он напал на меня и превратил в оборотня. — Она посмотрела на Хостина. — Очень вкусно. Это Эрнестина приготовила?
Он покачал головой.
— Нет, я. — Он улыбнулся. — Это часть моего наказания за то, что я сбежал в разгар событий.
— Я бы хотела получить рецепт. — Она откусила еще кусочек.
— Я запишу его для тебя, прежде чем вы уедете, — сказал он.
Она кивнула.
— Спасибо. — Потом посмотрела на Челси. — Стая некоторое время искала омегу, потому что омеги могут успокаивать оборотней. Альфа в Чикаго, где я жила, очень любил свою пару. Но она становилась все более и более жестокой, такое иногда случается со старыми оборотнями, — она с трудом проглотила еще кусочек лазаньи. — До этого я даже не знала, что оборотни существуют. А потом я превратилась в одного из них. — Следующий кусок застрял у нее в горле, и она не могла говорить.
— Они держали ее в плену, — тихо добавил Чарльз. — Издевались над ней, потому что только так они могли ее контролировать. В стаях очень иерархическая структура. Но омега находится вне структуры стаи. Ее нельзя подчинить, как других волков.